— У тебя со мной, — прошипела я ему прямо в лицо, уточнила, — мне этого ничего не надо было. Ты нашёл меня, не поленился притащиться сюда, мы год не общались и я планировала так и дальше.
Воронцов и так стоявший близко теперь навалился всем телом.
— Я не хотел развода…
Я даже не почувствовала насколько он встал близко и зло расхохоталась.
— Угу, ты просто хотел трахаться на стороне, а дома быть с чистой, наивной девочкой, ага?
— Я всегда возвращался к тебе, — отчеканил он.
— Ха. Возможно я и наивная, но не дура, — только сейчас заметила, что Саша непозволительно близок, — отпусти…
Его горячее дыхание коснулось моего лица. Его грудь часто вздымалась, а горячий взгляд заскользил по мне, спускаясь всё ниже: в ложбинку декольте, осев на бёдрах. Я видела этот взгляд однажды, в тот вечер, когда наш совместный мир разрушился.
— Пусти, — прошептала я, облизав губы мигом ставшие сухими.
— Кто-то был после меня? — хрипло спросил Воронцов.
Я не ожидала такого вопроса, поэтому на миг замешкалась.
— Д-да, — проговорила я сипло, — эм… десять. Удовлетворили по полной, как тебе и не снилось, — первое что пришло на ум.
— М? — Воронцов поднял бровь, — сейчас проверим. Когда будешь сладко кончать…
— Ч-что? — переспросила я.
Но Александр не дал мне опомниться. Он поднял мои руки вверх, жёстко зафиксировав запястья, вторая его рука рванула мою юбку вверх.
Глава 11
— Воронцов, — прорычала я, — а ну отпусти… Живо. Совсем уже.
Дёрнулась, ощутив, что мои щёки опалил румянец. От близости, от запаха. Его умопомрачительного запаха…
И память так не вовремя выудившая воспоминания: Воронцов много работал и даже когда приходил с работы, после ужина, чмокнув меня в лоб, всегда уходил в кабинет. Я тогда так уважала его эту важность, преданность делу, никогда его не тревожила, даже когда очень-очень скучала. Я на цыпочках подходила к двери его домашнего кабинета и в щёлочку подглядывала за тем как он работал. Движения чёткие, выражение лица сосредоточенное. У меня мурашки по телу бежали. Я никого никогда так не хотела, да и опыта у меня маловато. Первая любовь, первый мужчина… А потом я лежала в кровати, обняв его подушку и вдыхала запах Саши… А потом я воочию увидела его «работу» и с моих глаз спали шоры верности и любви.
Мотнула головой, прогоняя морок прошлого от себя как можно дальше. Воронцов — ослепительный нахрапистый наглец, всегда брал то, что он хочет. Паника не поможет, нужно отвечать быстро и жёстко. В его манере.
Я усмехнулась и облизала губы. Воронцов проследил за этим и поднял бровь, выжидающе посмотрев на меня.
— Ты, видимо, забываешься, Воронцов, — сквозь зубы проговорила я, — мы никто друг другу и ты тут меня зажал.
