Редактор журнала, ответственный за масштабную фотосессию, в которой я должна была сниматься для журнала Voyage, оказался втянут в скандал с сексуальными домогательствами. Из-за всего этого проект отменили. Шло расследование, которое уже попало во все новостные заголовки, поскольку все больше и больше сотрудников журнала Voyage и моделей делились своими жуткими историями.

Возможно, мне повезло, – я была на волоске.

Но я чувствовала себя одной из героинь тех самых поучительных историй. Еще одной девчонкой, которую отправили работать простой официанткой в тот момент, когда она пыталась добиться успеха.

Но, по крайней мере… Сейчас я могу дышать полной грудью.

Ресторан, где я теперь работала, обладал невероятной репутацией – это было место, куда постоянно приходили различные звезды. Здесь с легкостью можно было увидеть звезд А-листа, потягивающих дорогие коктейли за одним столом, в то время как начинающие актеры и модели таскали подносы.

Мой агент предложила мне эту работу. Сказала, что это хорошая возможность для меня: здесь я смогу познакомиться со звездами и стать для них другом.

Может быть, она права.

Но, по большей части, ощущалось все это так, будто я добровольно вызвалась быть жертвой приставаний вместо того, чтобы получать за свою работу деньги.

Возле моего бедра раздалось жужжание мобильника: мне пришла какая-то смска, и я тяжело вздохнула, точно зная, кто мне написывает.

Кларк.

Мы все еще были вместе. Или, по крайней мере, я полагала, что мы вместе.

Он был полностью растоптан и морально опустошен из-за моего отказа стать его женой. И еще больше он расстроился, когда я сказала ему о переезде.

Но он уверил меня, что сделает все, чтобы у нас получилось остаться парой. Что он любит меня.

Что я – все для него.

В общем, он говорил достаточно милые вещи. Точно милее тех, что я получила от Шепфилдов, которые сказали, что я разрушила все их аккуратно выстроенные планы на меня."

"«Ты неблагодарная самовлюбленная соплячка. Мы сделали все для тебя. Дали тебе абсолютно все! До нас ты была не больше, чем дочерью убийцы. И я дала тебе свое имя! И вот как ты отплатила нам за это? Ты разочарование. Ничтожество».

Дочь убийцы. Разочарование. Ничтожество.

Все эти слова постоянно крутились в моей голове, выстраиваясь в один ряд с остальными – теми, что я говорила сама себе каждый день.

Мобильник снова зажужжал, и я оглянулась по сторонам, чтобы проверить, не смотрит ли кто-нибудь на меня, перед тем, как вытащить из кармана телефон.

Кларк:

Я люблю тебя. Я скучаю по тебе.

Ты – все, о чем я могу думать.

Он говорил и писал все это с такой легкостью.

А я не могла произнести «Я люблю тебя» даже в своей голове.

Вина растеклась по моим внутренностям, ее вкус осел на моем языке, вызывая приступ рвоты.