И расстроилась почти до слез, увидев одну падающую звезду, пролетевшую по небу, — ни черта же загадать не успела! А вообще есть такие быстрые, кто успевает загадать? Звездное бездонье втягивало в себя, умиротворяло, успокаивало, делясь своей возвышенностью, по сравнению с которой все человеческие страстишки становились смешными в своей суетной глупости и мимолетности бытия, шептало что-то прямо в разум и убаюкивало. Отяжелевшие веки закрывались сами собой, и Сашка все старалась их разлепить — обидно же, когда еще такое небище звездное увидишь?

Она проснулась сразу, в одну минуту, потянулась сладко, до хруста в костях, беспечно-счастливо. И спохватилась.

Ирина! Дети!

Заспешила спуститься со второго сеновального этажа, съезжая неуклюже попкой на приставленную лестницу и обрушивая вниз кучи сена.

На первом этаже народных апартаментов спал Иван Федорович Гуров, лежа на животе, засунув обе руки под подушку. Спровоцированные наблюдением за спящим мужчиной, в Сашкином мозгу шевельнулись подозрения, стремительно сформировавшись в две пугающие мысли. Подталкиваемая этими мыслями, Санька присела возле Ивана на колени и стала его тормошить.

— Гуров, проснись немедленно!

— Дорогая, — сонно пробормотал он в подушку, — ты пришла неспешным сексом пожелать мне доброго утра?

— Ты не мог бы просто проснуться, без проявлений гиперсексуальности?

Он вздохнул преувеличенно тяжко, перевернулся на спину, продемонстрировав ей то самое, о чем она упомянула, вздыбленной простыней на определенном месте.

— Я рада за свою страну! — не смутилась Сашка. — Когда у нее есть такие герои, то демографическая проблема не в такой уж опасности!

— Прошу! — широким жестом предложил он с язвительной усмешкой.

— Остынь, Гуров!

— Если ты не собираешься помочь родине в трудную минуту, то какого черта разбудила меня, прервав чудный эротический сон на самом интересном месте?

— Скажи мне, Гуров, ты братков неугомонных все это время вел за нами?

Еще раз вздохнув демонстративно тяжко, он перевернулся на бок, но не ответил.

— Ты их сюда, к Николаю, привел?!

— Расслабься, Александра.

— Я спрашиваю!

— Сюда они не придут!

Сашка охнула от испуга и уселась рядом с ним.

— Как я забыла?! Зачем я только Ирку сюда с детьми выдернула?!

Иван сел.

— Саш, Саш, успокойся. Да, я их вел и в метро, и в электричке, ты же догадалась, но на какой станции мы вышли, они не видели.

— Ну еще бы! Мы по вагонам мотались туда-сюда на глазах у изумленных граждан!

— Вот именно! От той станции, где они нас еще наблюдали в электричке и потеряли потом, до конечной три остановки. Они будут искать на каждой, бомбил на вокзалах расспрашивать, людей. Найдут мужика на «москвичонке», но он нас только до развилки довез.