Сильные получают хорошие места при дворе или в богатых домах, слабые — такие, как ты, — попадают к нам, на самую границу цивилизации. А ещё ты съела грибы врон! Все знают, что они одурманивают разум и стирают память, а ты, с дипломом Академии, слопала целую миску.

Я смотрела на неё широко раскрытыми глазами, не решаясь даже моргнуть. Она говорила с такой убеждённостью, таким знанием деталей, будто я действительно должна была помнить всё это до мельчайших подробностей. Но в моей голове была только авария и этот странный, чужой мир. Что, чёрт возьми, со мной происходит?

— И… что я должна здесь делать? — голос звучал чужим, надломленным.

Я обхватила себя руками, внезапно ощутив озноб, словно кто-то открыл дверь в зимнюю вьюгу.

— Выполнять контракт, — пророкотала Горха. — Год обязательной службы кухаркой в нашей общине.

— А если я не хочу? — вопрос вырвался сам собой, хотя по выражению орочьих глаз я уже догадывалась об ответе.

— Выбора нет, человечка. Ты подписала магический контракт собственной кровью. Попытаешься сбежать — контракт высушит твою кровь и медленно выпьет жизнь. Да и куда ты пойдёшь? — она презрительно махнула огромной лапищей в сторону окна.

— Ты слабая человечка, в диком лесу тебя сожрут звери или нападут разбойники, если раньше не умрёшь, не выполнив условия контракта.

— И что конкретно от меня требуется? — спросила я, судорожно сглотнув комок в горле и почувствовав, как потеют ладони.

— Готовить еду для воинов, живущих в общем доме, — прорычала Горха. — Для тех, у кого нет семей или чьи семьи остались далеко. Три раза в день, без выходных и праздников. С продуктами здесь туго: Сарготская община находится на самой границе с вражеским королевством, торговцы сюда не суются.

Но зато никто особо не придирается ко вкусу, — она оскалилась ещё шире, и я поёжилась.

— Это и есть кухня?

— Да, — кивнула Горха, громыхнув украшениями в косичках. — А за кухней твоя комната. Удобно, встал — и сразу на работу. Никаких отговорок. У тебя есть два дня на подготовку, — пояснила Горха. — На третий день будешь готовить пробный ужин для совета старейшин. Если справишься, начнёшь кормить всю общину.

— Всего два дня? — переспросила я, чувствуя панику.

— Обычно новым кухаркам даётся только день, — проворчала Горха. — Но ты отравилась грибами, так что получаешь поблажку.

— Я… я даже не помню, как готовить, — пробормотала я и огляделась по сторонам, пытаясь осознать происходящее.

Помещение, которое предстояло считать моим рабочим местом, с трудом можно было назвать кухней. Скорее это походило на заброшенный сарай, наспех приспособленный для готовки. Стены из грубого серого камня покрывал толстый слой копоти и жира — наследие бесчисленных готовок.