Но тратить неделю, запланированную для отдыха в Турции, на ожидание, когда проспится Плотвичкин, тоже не собираюсь», — раздраженно подумала Катерина и сначала решила дождаться утра. Но потом, оглядевшись по сторонам, поняла, что долго тут не выдержит. Она достала из автомобиля любовника свой кожаный рюкзак и рассеянно воззрилась на оставшиеся в телефоне пятнадцать процентов зарядки. Потом заглянула в палатку, где, развалившись по всему матрасу, храпел Митька. Катя с сарказмом пробормотала: «Прощай, любовь моя!» и решительно направилась к дороге, намереваясь поймать там попутку до города.

Она прекрасно помнила, что нужно дойти до большой лужи, а за ней сразу поворот на асфальт.

«Жаль, что я машину не вожу, — внезапно подумалось ей. — Но и угонять Митькину Ладу Приору все равно бы не стала».

Идти ночью по безлюдной дороге показалось Кате меньшим из зол. Все лучше, чем сидеть на берегу рядом с Митькиным телом, ожидая, когда этот придурок проснется.

«Тут до города недалеко, если через поля, — вспомнилось ей. — Но лучше все-таки поймать машину», — поостереглась она, прекрасно понимая, что прошло двадцать лет с тех пор, когда она трусливым зайцем неслась не разбирая дороги.

За своими раздумьями Катерина не сразу услышала шум приближающегося автомобиля, а когда повернулась, заметив свет фар, помахала рукой.

— Подвезите, куда можете, — попросила она рыбака-пенсионера, в неурочный час возвращавшегося домой.

— Где же тебя носило, девонька? — пробормотал он, убирая с переднего сидения обшарпанной Нивы какую-то куртку.

— С милым рыбалить приехала, а потом решила в город вернуться, — прямо заявила Катя."

"— Рыбалка не задалась, — хохотнул дедок и неопределенно махнул рукой в сторону багажника. — А я окуней наловил, каждый с полкило, наверное. На уху хватит, — похвастался он и смущаясь добавил: — Только я тебя до хутора довезти могу. Бензобак почти пустой, да и старуху надолго оставлять нельзя. Она без меня пропадет.

— А автобус какой-нибудь через ваш поселок идет? — в надежде уехать побыстрее поинтересовалась Катя.

— Нет, — поморщился дед. — Тут место тупиковое. Жителей мало. У всех машины. И у буржуев, и у пролетариата. Но ты не горюй, — тут же всполошился он, заметив, как у пассажирки печально поникли плечи. — У меня сосед Виталя, он в городе таксует. Отвезет тебя за милую душу. А по цене сами сговоритесь.

— Конечно, — кивнула Катя и тут же успокоилась.