Встретившие нас дозорные указали место, где мы можем размещать своих людей, и в какой стороне найти палатку короля. Также нам сообщили о том, что сражение назначено на утро. Что ж, начальство оказалось не особо оригинальным: это решение было логично, потому что до захода солнца оставался где-то час, а в темноте что за бой? Так и своих порубить можно. Для меня это был наилучший вариант, поскольку давал время на осуществление моей задумки.
При подходе к палатке его величества было слышно, как кто-то с плохо скрытой яростью что-то кому-то бухтел. Подойдя ближе, мы отметили, что это король разорялся на тему как посмел его наследник ослушаться и, оставив столицу, последовать за армией. И ведь не отправишь его назад: с маленьким отрядом небезопасно, а большой отсылать накануне битвы — значит ослабить армию, которая и так проигрывает по количеству бойцов противнику.
М-да. Взаимоотношения родителей и детей всегда были больной мозолью человечества, а если родитель еще и король, это вообще туши свет, в смысле хуже некуда."
"Мы с братьями замялись: подходить к его величеству, когда он в таком состоянии, дело опасное, но ведь и не откажешься, правила требуют представиться. Первым пошел Рэм, которого мы решили пустить вперед, поскольку его миленькая мордашка с голубыми глазками частенько действовала на собеседника умиротворяюще. Встав на одно колено, он произнес положенное в таких случаях приветствие. Не особо разглядывая, король хмуро ответил свою часть ритуала. Затем то же самое проделал Ирвин.
Когда подошла моя очередь, я только собрался встать на одно колено, как он, внимательно приглядевшись, приказным тоном потребовал снять шлем. Тяжело вздохнув, я выполнил приказ. Волосы рассыпались по плечам.
— Графиня?! Что вы здесь делаете? Здесь не место для женщин. Это война, — хмуро глядя на меня, сказал король.
— Ваше величество, может это и покажется вам странным, но женщинам тоже доступно понимание слова родина и такие понятия, как честь и долг. К тому же в посланиях, разосланных вашим вассалам, сказано прийти с обороноспособным отрядом. Я и моя команда владеем оружием не хуже многих, потому и откликнулись на ваш призыв, — не менее хмуро ответил я.
— Владеете или нет — меня это не волнует! Женщинам не место на войне!!! — сердито рыкнул он.
— Ваше величество, прошу прощения за то, что противоречу вам, но я имею полное право в некоторых случаях поступать так, как считаю нужным. И это право даровано лично вами, — с большим трудом мне удавалось говорить вежливо.
— Что-то я не припомню, когда давал вам такое право. Не могли бы вы напомнить мне, — максимально ехидно поинтересовался его величество.
