Стоп… Он улетел с Каратицким? Тогда пусть его дружочек и ответит, где мой муж. Вот только телефон Кости тоже молчал.

Сговор… Нутром чую, что сговорились.

Сюрприз сюрпризом, но разве это правильно – заставлять нервничать беременную женщину?

Я настолько накрутила себя, что не заметила, как собралась и вылетела из дома, намереваясь вломиться к Каратицкому прямо с утра.

— Идём здесь? — Света догнала меня у калитки, перехватила и потянула не к тропинке вдоль парка, а в сторону большого круга, огибающего весь посёлок.

— Липатова, у меня терпение уже заканчивается. А я беременна! Мне нельзя нервничать… А ты что-то скрываешь!

— Я тоже беременна, Куталадзе! — выплюнула Светка и покрылась красными пятнами.

— Чёрт! Вот. Теперь ты знаешь… Мне тридцать девять, а я беременна от хоккейного тренера, который младше меня на шесть лет! Ладно… Идём.

Я не шла, а ковыляла в полной растерянности, зато Липатова неслась как угорелая в сторону моего дома.

— Свет… Ты пошутила? Или мне можно радоваться? Мы что, снова родим в один год? — я хохотала и пыталась догнать бестию, но та с яростью вдалбливала каблуки ботильонов в мокрый асфальт.

— Да. И аборт я делать не буду! Рожу и воспитаю…

— А Мулин?

— А Мулин ещё не знает, — она обернулась, а после чуть замедлилась и протянула мне руку.

— Так чего ж ты думаешь, что придется и рожать одной, и воспитывать тоже?

— Потому что я реалистка, Кара. Это тебе повезло прожить с одним мужиком, а я повидала разных особей. Стоит только заикнуться о беременности, как пятки сверкают…

Но больше я подругу не слушала. Стоило завернуть за угол, как громкий шум стал не просто фоновым, а таким отчетливым, оглушающим. И источник грохота доносился с моего участка!

— Какого черта?

Теперь припустилась я.

Дом был окружён строительной техникой. По лужайке топтался табун рабочих, вдоль дороги лежали огромные свёртки рулонного газона, горы коробок…

И в эпицентре событий стоял Куталадзе.

Он с гордостью контролировал процесс, возвышаясь над строительным хаосом.

— Левон! Левон! — кричала я, пытаясь придумать, как пройти к дому через месиво грязи, раскатанной техникой.

Я его даже не узнала сначала. Румяный, взъерошенный, одетый в спортивный костюм и резиновые сапоги.

Он стянул рабочие перчатки, тыльной стороной ладони прошелся по лбу, стирая капли пота, а когда наконец-то заметил меня, то засиял, как восторженный мальчишка.

— Левон!

— Кара? — Куталадзе зло зыркнул на Светку, и вот тут пазл сложился.

Это точно сговор.

Я обернулась, осматривая территорию. То, о чем мы с Куталадзе говорили вскользь, будто бы в шутку, теперь оказалось реальностью. По двум дальним углам участка теперь были раскиданы два аккуратных домика цвета морской волны. Каркасные, на высоких сваях.