Что мой любимый сам сметёт все препятствия и границы между нами. Что подарит мне то, во что я так долго боялась поверить. Свою любовь и безграничное счастье быть вместе.

Эпилог

– Смотри, вон он идёт. Красивый, как сам Явар, – с восхищением шепчет сестре на ухо принцесса София Сэйнар.

– П-ф, скорее на Навия похож, – фыркает её близняшка Николь. – Смуглый, черноглазый, угрюмый, высокомерный. И смотрит на всех волком. Фу. Не понимаю, что ты в нём нашла.

Пятнадцатилетние сёстры Тайрэна спрятавшись от всех за колоннами, так увлечённо обсуждают показавшегося в другом конце коридора Азима, как всегда мрачного и сурово-угрюмого, что даже не замечают меня у себя за спиной.

– Не знаю. Просто… он мне чем-то нравится. А что смотрит… Представляешь, как ему сейчас тяжело, – сочувственно вздыхает Софи.

– Кого делим, девочки? – тихо спрашиваю я, склонившись над ними.

– Ой, – испуганно выдыхает более сострадательная.

– Никого, – вскидывается более дерзкая и бойкая сестра, оборачиваясь ко мне. – Ох, Мэл, это ты.

– Ты нас напугала, – прижимает Софи руку к сердцу точно таким же жестом, как это делает королева Аннэлия.

– Прячусь я, девчонки, прячусь, – хмыкаю. И заговорщически подмигиваю: – Так что? Вам этот угрюмый бука Азим нравится?

– Нет, конечно, – в один голос восклицают сестры Тайрэна. Но если Николь выглядит искренне возмущённой и даже оскорблённой, то её близняшка явно смущённой, вон как щёки горят. Ох и сложный объект для первой влюблённости она выбрала. Будем надеяться, что это пройдёт.

– А от кого это ты прячешься? От принца Корима? – подозрительно щурится Ники.

Ага, от этого спрячешься.

– Нет. От мамы с сестрой и свекрови, – закатываю глаза. – Эти жестокие женщины пытаются меня уговорить надеть босварийский традиционный наряд невесты к вечернему празднику.

– А он так ужасен? – округляет глаза Софи.

– Ну как сказать? Выглядит он очень красиво. Но платье узкое до невозможности. Я в таком, как стреноженная кобыла себя чувствую, – признаюсь с досадой. – Ходить вообще невозможно.

– А этот наряд не для того, чтобы в нём ходить, предназначен.

Ну вот, что я говорила. Нашёл.

– Они тебя послали, да? – с мученическим выражением поворачиваюсь я к мужу, подпирающему плечом соседнюю колону.

– Ну, можно и так сказать, – на его губах появляется лукавая улыбка.

Боги, подумать только. Сегодня утром я стала женой Корима Босвари. Нерасторжимо и навсегда. На моих запястьях красуются даже не брачные браслеты, а уже самые настоящие татуировки.