Я вообще-то свидание отменил, чтобы приехать проститься, а ты…
— Как ты узнал?
— Ага! Думал, я отпущу тебя просто так? Ни-ху-ху-шеньки. Мне Аня сказала, и вот я здесь.
Вася забирается на соседний стул и стучит ладонью по барной стойке.
— Малыши-карандаши! Дядя Вася хочет выпить! И накачать одного злобного тролля, чтобы он точно запомнил сегодняшний вечер.
— Даже не надейся, — ржу я, вспоминая, как Вася уже один раз решил, что сможет поднять мне... настроение.
Мы тогда были на шашлыках на пруду Расула. Синючие вусмерть. Так вот этот дебил влез в мою комнату, чтобы… Фу, блять! Я его чуть не прибил. Это была такая жесть. Но вроде после этого мы порешали, что к чему, и замяли тему. А вот шуточки остались.
— Я хочу текилу… Три… Нет! Давай сразу шесть по пятьдесят. И еще молоко со льдом и лавандовым сиропом.
Меня передергивает от заказа Васи, а Ник-бармен вымученно закатывает глаза. Вкусы, конечно, у этого парня… Все понятно, не так ли? Но его ориентация не делает его хреновым человеком. Вот совсем. У всех есть причины быть тем, кто он есть. Херовая идея судить по себе, а тем более осуждать.
— Ну что? Погнали? — Вася играет бровями, толкая мне по барке стопку текилы.
— Да запросто.
Полбутылки спустя, скольжу лениво взглядом по танцполу. Длинные ноги, короткие юбки и высокие каблуки. До лиц даже не добираюсь, да и, если честно, не хочется. За красивыми улыбками прячутся стервы, которые только и ждут, когда можно будет впиться своими нарощенными ногтями в твой мозг.
— Выбираешь себе прокладку, которая окажется между тобой и кроватью этой ночью? — кричит Вася мне в ухо.
— Не-е-е… Сегодня никаких телок. Отдыхаю же.
— Да. Они вечный гемор, — с видом доктора бабских наук произносит он.
— Тебе-то откуда знать?
— Моя бывшая жена была той еще сукой с эмоциональным диапазоном, как у бронепоезда.
Теряю интерес к виляющим задницам и переключаюсь на человека, который только что ударил меня ментальной битой по голове.
— Че-го?!
— А ты не знал? Я был женат. Целых… Три! Ебливых! Месяца! А потом еще год мне трахала мозг вся ее семья и моя заодно.
— Ты шутишь? Ты же…
— Гей? Да.
— Тогда… — я сломался, ни черта не понимаю.
— Максимка, ты такой простой. Думаешь, меня такие все сразу взяли и приняли? Думаешь, я сам себя принял? Мне хотелось быть... Ну, типа, нормальным. Завел себе девушку. Даже считал, что реально люблю ее, пока в один момент не понял, какую херню творю. Я специально выбрал самую жесткую тварь, как последний мазохист, чтобы хоть что-то к ней чувствовать. Ну, знаешь, как некоторые люди намеренно режут себе руки и причиняют боль, чтобы заглушить какие-то чувства. Так вот я пошел дальше…
— Нихера себе…
— Ага, — усмехается Вася и отправляет в себя очередную стопку.
