Мне дадут почитать хоть один из них?! И вообще сколько их?! Может я и на полёт в космос уже ""подписалась"".
— Напомни сколько?
На языке вертится число десять, но с Ника станется ""начислить"" проценты.
— Не записываешь? Ок, так уж и быть, — листает невидимые страницы. Театрал, блин. — Тысяча плюс минус миллион или…переезжай ко мне, — Ник делает до чертиков неожиданное предложение. — Естественно с Лёхой. Думай до вторника. И помни — экономия времени, — шутливо щёлкает меня по лбу.
Я ведь не ослышалась?! Ник хочет жить вместе?!
— Это…эм…, -кислородная маска бы сейчас не помешала. Это…это…переварить надо.
34 Ушёл в отрыв
Закрываю дверь в комнату брата и спускаюсь вниз. Ник шурудит на кухне и у меня есть время подумать над его предложением.
Если проанализировать, то мы уже полторы недели и так живём вместе. Объективно получается, меня не должен пугать переезд, но почему-то осознанно решиться на настолько огромный шаг очень трудно и слишком рано. Мы знакомы-то чуть больше месяца.
Да и Лёшка неизвестно как отреагирует. Конечно, он от Ника в восторге, и сегодня к завтраку брат спустился без протеза. Значит, он доверяет Коле стопроцентно. Только я в любом случае не могу предугадать его реакцию на новость о переезде.
Но и как в случае отказа отреагирует Ник я не знаю. Знаю одно — я не хочу ругаться с ним. Он стал для меня по-настоящему важен. Мне до вспышек перед глазами нравится быть с ним. Я можно сказать пристрастилась к его радиоактивной наглости во всем без исключений. Утреннее проникновение в раздевалку — свежее доказательство.
А когда приедут родители что будет?
И без этого совесть отстукивает веселую мелодию и ехидненько мурлычет, что я не имела права никого приводить в дом. Сколько бы тонн свободы и самостоятельности у меня не было, дом принадлежит родителям и я живу за их счёт, а о Нике ещё ничего им не сказала. Несколько лицемерно с моей стороны.
В целом я фактически не разговаривала с ними уже больше двух недель. Мы переписываемся вежливыми сообщения. У всех всё хорошо. У нас всё хорошо. Мы хорошисты, хворь нам на голову. Лёшка последовал моему примеру.
Из мыслей, идущих на второй круг, вырывает возникшая на коленках тарелка с сэндвичем. Он время видел?! Одиннадцать вечера так-то! Я диету не соблюдаю, но превратиться в колобка не желаю.
Ник кротко целует меня и садится рядом.
— Ты гениален, — выполняю ритуал похвалы повара и откусываю кусочек."
"Ник действительно делает сэндвичи, за которые можно и подраться, но на этом его кулинарные навыки заканчиваются. Конечно, еще он превосходно жарит мясо на гриле, а в остальном он — профан. Хитрый профан, если быть точной. Он иногда очень громко мечтает о еде, чем сподвигает меня приготовить что-нибудь повкуснее и обязательно мясное.
