Натужно заскрипели доски поворотного механизма. Наконечник сместился чуть в сторону, нацелившись точнёхонько на вражеский корабль. Двое солдат тут же навалились на ручку ворота, регулирующего высоту.
— Готовы к ст… — начал было Ольрик, но сержант не дал ему договорить. Сделал шаг вперёд и одним мощным ударом киянки выбил запорный клин.
Загудела тетива. Рога баллисты выпрямились, посылая копьё в полёт. Остриё болта со свистом разрезало воздух, уходя по широкой дуге в сторону вражеской посудины. Достигло пика и чуть накренилось и понеслось прямиком в сторону вражеской палубы. Казалось ещё чуть-чуть и оно вонзится прямиком в спусковой механизм передней баллисты, намертво заклинив его. Но в последний момент фигурка, кутавшаяся в пурпурную мантию взмахнула рукой и болт резко изменил траекторию полёта. Врезался в фальшборт, вырвав из него несколько досок и не нанеся толком никакого ущерба.
— Вот ведь скотина, — выругался Бернард, — Мы так все снаряды в пустую угрохаем. Лейн, неси паклю и масло! Живо! — скомандовал сержант и посмотрел на меня, — Можешь что-нибудь с тем говнюком сделать? У тебя есть где-то полминуты, пока мы взводим баллисту и готовим стрелу.
— Нужно узнать предел его возможностей, — покачал головой я, — Тогда смогу сказать конкретнее. Есть у меня одна идейка.
— Тогда вперёд, — кивнул Бернард.
— Не сейчас. Одновременно с новым выстрелом, — возразил я, снова прикладывая к глазу трубу и пытаясь рассмотреть своего противника.
Это был старик. Смуглая, обветренная кожа, обтягивающая череп, глубоко запавшие колючие голубые глаза, острые скулы, отчётливо выделявшиеся на худощавом лице и седая борода клинышком. Судя по поблёскивающей от пота лысине он прикладывал немалые усилия, чтобы подгонять свой корабль. Это хорошая новость. Значит, к началу битвы он будет порядком истощён и не сможет раскрыть свой потенциал в полной мере. Ещё бы знать каким заклинаниям придётся противостоять. Ладно, время проверить ещё есть.
Вновь заскрипела натягиваемая тетива баллисты. Заскипела и с тихим лязгом зацепилась за крюк спускового механизма. В ложе легла новая стрела. На этот раз её наконечник был обмотан увесистым пучком пакли. Так, теперь моя очередь.
Я вновь навёл перекрестие трубы на вражескую баллисту. Несмотря на то, что поворотный механизм нашего орудия был вмонтирован в палубу квартердека, отдача немного разворачивала машину, так что каждый выстрел её приходилось корректировать заново.
— Два градуса вправо, один вниз, — скомандовал я, щелчком пальцев поджигая паклю на стреле.
Парни навалились на вороты. Заскрипел поворотный механизм. Охваченное пламенем остриё вновь уставилось в сторону вражеского корабля.
