Один из бойцов султаната упал, схватившись за пробитое бедро. В следующий миг острия копий метнулись вперёд, пробив ему грудь и шею. Но строй жёлто-зелёных солдат тоже потерял однородность. Двое бойцов качнулись вперёд. Один из них не издав ни звука грохнулся на мокрые доски палубы. Болт торчал у него между лопаток. Второму болт угодил в плечо, заставив качнуться вперёд и выронить щит. Бедолага тут же угодил под ятаганы Алерайцев.
— Отставить! Отставить стрельбу! — рявкнул я, подняв руку и привлекая к себе внимание бойцов, — Своих побьём!
А вот у лучников на борту брига таких сомнений не было. Заскрипели тетивы. Раздался короткий окрик, и ещё с полторы дюжины стрел отправились в полёт. Порыв ледяного, колючего ветра качнул оба корабля, вынудив некоторых бойцов барона опустить щиты и отступить чуть назад, чтоб сохранить равновесие. В этот же миг на них обрушился смертоносный ливень. Трое упали на мокрые доски палубы, пронзённые стрелами. Ещё один выронил оружие, схватившись за пробитое плечо. В прорехах желто-зелёного строя тут же показались фигуры стрелков. Щёлкнули тетивы и с полдюжины алерайцев рухнули на мокрую от воды и крови палубу. От выстрела из осадного арбалета в упор не спасал даже щит.
Один арбалетчик вскрикнул. В него попала стрела с брига. Второй хрипя завалился на доски. Стрела пробила лёгкое и на его губах тут же начали вспухать кровавые пузыри. Алерайцы заорали и бросились вперёд, прикрывшись щитами. По ним тут же хлестнули болты матросов, сидевших в вороньем гнезде двое упали, но оставшиеся сшиблись с людьми барона щит в щит. Несколько тут же упали, напоровшись на копья. Другие взмахнули ятаганами, пытаясь достать прячущихся за щитами солдат. В ответ вверх взметнулись фальшионы и небольшие абордажные топорики. На палубе началась рубка.
Ветер ударил в спину. Корабли вновь качнула волна. На палубу посыпался дождь из ледяных брызг. Натужно заскрипели доски намертво сцепившихся бортов. Послышались крики солдат, потерявших равновесие и попавших под вражеские клинки. Но их тут же заглушил отчаянный вопль матроса. Тот слишком сильно перегнулся через бортик гнезда, пытаясь выцелить кого-то на палубе. И когда корабль качнуло бедолага отчаянно вопя и размахивая руками полетел вниз. Несколько раз стукнулся головой и рёбрами о реи, после чего влажно хрустнув костями шмякнулся о палубу и затих. Его арбалет упал рядом.
— Мы тут отсиживаемся словно в нужнике, — прорычал Тур, вновь поднося к губам боевой рог, — Нужно спуститься и показать этим говнюкам, где раки зимуют!
— Сначала нужно сделать что-то с их лучниками, — крикнул в ответ Бернард, — Иначе они перестреляют нас, как только мы спустимся!
— И с их колдуном, — ответил Ольрих, прячась за щитом.
