Степень моей тревоги и напряжения, вдруг перещелкивает. Мне становится все равно. Нужно быть там, где важнее, вот и все... Я Чадова тут не оставлю.
Смирившись, ложусь на ворсистый ковер рядом, разглядывая его профиль. Ладонь держу на его сердце."
"- Вот так вот... Пока не сдохнешь... Ни одного признания от тебя не добьешься.
- Верни телефон, пожалуйста.
- Неа, - отрицательно мычит.
- А тебя током ударило? - прикладывает ему ко лбу фонендоскоп Стёпа.
- Ага.
- А зачем такая штука?
- Для самообороны. Ты там чего слушаешь, Степаха?
- Мозги...
- Нет их там, - вздыхаю я.
- А где у тебя мозги? - озадаченно поднимает головку фонендоскопа Стёпа.
- В позвоночнике у Бориса Егоровича мозги. Одни инстинкты, рефлексы, порывы.
Чадов улыбается.
- И если тебе голову разбить ничо не будет?
- Э... - опасливо косится на него Чадов. - Это что ещё за исследовательские инициативы?
- А почему я ""в батю"" раматолог какой-то? - озадаченно спрашивает Степа.
Мы оба молчим.
- Чадов, отдай хоть ключи, я в аптеку схожу.
- Не. Ты сама - лекарство.
- Чадов, ты же медик! Я куплю корвалол и глюкозу. Неужели ты думаешь, что я брошу тебя в таком состоянии.
- Если ты уйдёшь, я сдохну здесь. У меня даже от мысли сердце...- сжимает кулак у груди.
- Шантаж...
- Практика показывает, что это работает, значит, будет шантаж. Только с той разницей, что Крынский тебя обманывал, а я говорю правду. Как ты там говорила - лучше оказать помощь симулянту, чем ошибиться и не оказать тому, кто нуждается. Всё ещё в силе?
- Наверное, нет, - опуская взгляд, убираю назад упавшие на лицо волосы. - Я стала злее... равнодушнее... Я перестала верить в людей.
- А как же святой Роберт?
- Ты думаешь, я не вижу его недостатков? Вижу... Но он хотя бы ни разу не обманывал мои ожидания, - пытаюсь защитить честь мужа, и осекаюсь.
В памяти всплывает тот документ в сейфе.
Обманывал…
- Глюкоза бы не помешала. Что-то я маяки ловлю. Крыша едет. Сделай чаек, детка.
- Я сейчас...Стёпа! Глаз с него не спускать.
У Бориса нет электрического чайника, у него брутальный стальной для газовой плиты какой-то немецкой марки.
Растерянно ищу спички или зажигалку. У меня плита индукционная, с газовой я дел не имела.
Мне так необычно хозяйничать здесь. Все очень непривычно. Пальцы задерживаются на гладких деревянных ручках и дверцах. Они словно живые...
- Вот так, - неожиданно подойдя сзади, включает Борис.
Конфорка вспыхивает сама.
- Ты зачем встал?!
- Степаха голодный...
- Сядь немедленно!
Грею им ужин.
Борис со Стёпой уплетают жаренную картошку прямо со сковороды. Так аппетитно, что я без конца сглатываю слюну.
- Мама, вкусно! - уговаривает меня попробовать Стёпа.
Борис вкладывает в мои руки вилку. Подцепляю немного.
Это и правда безумно вкусно. И так вредно, кошмар просто. В нашем доме жаренная картошка - табу.
Но Стёпа счастлив...
