Пока вы, олухи, ее окончательно не посрамили."
"После слов папы в комнате воцарилась напряженная тишина. В течение следующих мгновений я пережила целую бурю эмоций. От потрясения и глубокого шока до возмущения, досады и наконец беспокойства.
Мой отец знал о разводе с Николасом! Более того знал о его кузене, о котором даже мне не было известно. Но откуда? А сильнее прочего меня удивляло и настораживало то обстоятельство, что папа вел и говорил себя так непринужденно, словно он давно был в курсе многого.
Я впилась в отца недоверчивым взглядом.
Кто ты такой, папа? Что ты от меня скрывал? А мама?
Меня переполняли куча мыслей и вопросов, что я просто не могла вымолвить ни слова. Сидела, хлопала ресницами, пытаясь справиться со ступором.
- Я же сказал, что Ксения получит все, что пожелает, - первым подал голос Николас.
- Моя дочь не вполне осознает, на что именно она вправе претендовать, - произнес папа деловито и потянулся к чайнику с молочным напитком. – Не хотелось бы, чтобы ее неведение сыграло против нее.
- Погодите, - вмешалась я. – Вы так разговариваете, будто знаете друг друга лучше, чем я знала каждого из вас. Николас?
- Об этом тебе лучше поговорить с твоим отцом, - выкрутился тот, бросив в «тестя» злорадный взгляд. – Как и о том, почему я не надел на твою руку брачный браслет и не женился по драконьим обычаям.
Ого, даже так?
Я посмотрела на папу, ожидая, что он опровергнет слова Николаса, но тот только смерил дракона мрачно-недовольным взглядом. Это становилось уже интереснее. В кавычках!
Что же получалось? Десять лет назад папа не просто недолюбливал моего мужа, но и действовал за моей спиной? А Николас молчал! И выходит, что подчинялся? Они все молчали и обманывали меня.
- Сейчас есть более важные вопросы, - не дав раскрыть мне рот, строго сказал отец, одарив меня предупреждающим взглядом.
Молча кивнула и в деланно расслабленной позе откинулась на спинку дивана, вызвав у Георга разочарованный вид. Видимо мужчина ожидал грандиозный скандал. Но я может и была в позиции незнающей, но точно не была глупой. Ссориться с папой на публике по меньшей мере было некрасиво. А по большей означало бы поставить нас в дурацкое положение, которым могли бы воспользоваться кузены Димитровы. Нет уж, сейчас я была заодно со своим прямым родственником. Драконы должны понести наказание.
Я прямо взглянула на отца, как бы говоря: «Хорошо, папочка, сейчас я послушаюсь. Но потом вытрясу из тебя все ответы». Папа мой взгляд расценил верно и еле заметно кивнул, однако я не была уверена, что он откроет мне всю правду. Столько лет молчать и хранить тайны! Настоящий Штирлиц.
Мы с папой заняли два стоящих друг напротив друга дивана, и Николасу с Георгом ничего не оставалось, как усесться в креслах, расположенных рядом.
