Витте поступил довольно порядочно: он взял Софью из Киева к себе в Петербург и обещал приданое. Как раз вовремя подвернулся Михаил Меринг и сделал предложение. Он состоит со своей женой в отдаленном родстве: их матери обе урожденные Иваненко. Но церковь брак разрешила, и Михаил увез Софью назад в Киев. Он уволился из Министерства финансов и начал операции с наследством. Для этих операций понадобились сначала акционерное строительное общество, а потом банк. И вот теперь до Витте стали доходить слухи, что Меринг ведет свои дела нечисто. И министр опасается, чтобы зять не втянул тестя-сановника в какие-нибудь аферы. У министра много врагов, и они охотно воспользуются любой сплетней, чтобы навредить ему. Поэтому я здесь.
Киевляне слушали внимательно. Хотя у Лыкова сложилось впечатление, что он не сказал им ничего нового…
— Так что Афонасопуло надо найти, — подвел итог надворный советник.
— Ах да, Афонасопуло, — спохватился полицмейстер. — Северин Янович, сведите нашего гостя с тем, кто занимается у вас дознанием об его пропаже. Я правильно помню, это Асланов?
— Точно так, господин полковник.
— Вот и проводите. Ничего не утаивать, оказать полное содействие. Алексей Николаевич еще, может быть, послужит чаяниям киевской полиции…"
"Два сыщика вышли из громадного здания присутственных мест. Пристав объяснил, что идти им в соседний подъезд. Сыскное отделение помещалось на третьем этаже Старокиевского полицейского участка, что на углу Большой Владимирской и Большой Житомирской.
Лыков спросил Желязовского:
— Что за фамилия такая — Асланов? Он нерусский?
— Из крымских татар.
— А кто он по должности?
— Тут, Алексей Николаевич, надобно пояснить.
— Так поясните.
— По штатам сыскного отделения, кроме меня, других чиновников не полагается.
— То есть как? — удивился Лыков. — А кто ведет канцелярию, регистрацию и учет?
— Городовые.
— Не понял, простите. — Питерец остановился и прихватил киевлянина за рукав. — Что, и помощника даже нет?
— Нет.
Алексей Николаевич пригляделся к коллежскому асессору, потом отвел его в сторону.
— Пожалуйста, сообщите мне весь ваш штат.
— Двадцать три человека. Из них чиновник один я да еще два околоточных надзирателя. И двадцать городовых.
— Простых городовых? Это и есть ваши сыщики?
— Точно так. Четверо из них, так сказать, бюрократы. Один заведует столом личного задержания, другой — столом наблюдения и справок, третий — столом происшествий и регистрации, четвертый ведет все делопроизводство.
— Сколько же они жалования получают за такую службу?
— Двадцать пять рублей шестнадцать копеек в месяц.
Лыков некоторое время обдумывал услышанное. Потом потряс головой:
— Этого не может быть.
— У нас может, Алексей Николаевич.
