Такое или почти такое чувство она пережила однажды, когда несколько лет назад стояла в Коктебеле на самом краю скалы над штормовым морем. Ревущие, беснующиеся валы с диким грохотом разбивались внизу о каменную преграду – и Тоня испытывала страх перед разбушевавшейся стихией, но в то же время восторг перед ее мощью. Внезапно ее охватило почти непреодолимое желание шагнуть вперед, шагнуть со скалы, чтобы слиться с этой древней и вечно юной стихией.

И сейчас она почувствовала, что из темноты к ней приближается нечто почти такое же древнее и могучее, как море. Ее охватило непреодолимое желание подчиниться этой темной силе, стать частью ее.

Тогда, в Коктебеле, она смогла удержаться на краю скалы, смогла преодолеть самоубийственное желание. И сейчас какая-то часть ее души сопротивлялась приближающейся к ней темной силе.

«Доверься мне, – шептал беззвучный, вкрадчивый голос в ее голове. – Оставь сомнения! Доверься мне – и перед тобой откроется новая, необыкновенная жизнь! Жизнь без болезней, без старости, без увядания! Ты станешь не только бессмертной – ты останешься вечно молодой!»

Она еще пыталась сопротивляться, но древняя сила уже прикоснулась к ней с вкрадчивой нежностью опытного любовника. Тоня вжалась спиной в закрытую дверь – и ощутила на своем горле горячие губы. Поцелуй становился все жарче, все крепче, и вдруг зубы древнего существа пронзили ее кожу. Девушка почувствовала боль – и вместе с тем небывалое блаженство.

И в следующее мгновение тьма приняла ее.

Она пришла в себя от боли. Что-то жгло ее правую руку. Нестерпимо, мучительно.

Она открыла глаза, приподнялась на локте, огляделась и увидела незнакомое просторное помещение, стены, обшитые потемневшими от времени деревянными панелями, лестницу, ведущую на второй этаж. В этом помещении было несколько окон, и сквозь одно из них пробивался луч света.

Этот-то луч, падая на ее руку, и вызвал то мучительное ощущение, от которого она проснулась. И вообще, пробивавшийся в окна свет раздражал, мучил ее, от него хотелось укрыться. Как хорошо было бы сейчас оказаться в темноте…

Она отползла под лестницу.

Здесь было темнее, и она смогла сосредоточиться, смогла вспомнить…

Правда, воспоминания были какие-то отрывочные, их нужно было сложить вместе, словно части пазла или осколки разбитой вазы.

Безлюдная деревня посреди болота, дорога через лес, темный дом на холме…

Она вспомнила, что у нее было двое спутников, что один из них погиб, упав с лестницы. Но это ничуть ее не огорчило. Это почти не имело к ней отношения – к ней сегодняшней. Это было в другой жизни, с другим человеком.