– Другой одежды у тебя с собой нет?
Мои тряпки были разбросаны по всей России. У одной девушки-алхимика оказались подходящие туфли, джинсы и свитер, а все остальное я собиралась приобрести в США.
– Мне больше ничего не нужно.
Эйб дугой выгнул бровь, посмотрел на одного из своих стражей и сделал еле заметный жест в мою сторону. Тот моментально снял куртку и протянул ее мне. Парень был тощий, но она все равно была велика.
– Нет, не нужно…
– Возьми ее, – приказал Эйб."
"Я взяла ее, и потом, к полному моему потрясению, Эйб начал сматывать со своей шеи шарф, один из самых шикарных: кашемировый, сотканный из множества нитей ярких оттенков – более уместный где-нибудь на Карибах, чем здесь или в Монтане. Я запротестовала, но выражение его лица заставило меня смолкнуть. Я накинула шарф на шею и поблагодарила его, задаваясь вопросом, доведется ли нам когда-нибудь встретиться снова. Однако спрашивать об этом не стала, испытывая отчетливое ощущение, что он мне ничего не скажет.
Когда тридцать часов спустя я наконец приземлилась в Мизуле, то знала точно – у меня не возникнет желания лететь куда бы то ни было в ближайшее время… ну, скажем, ближайшие лет пять. Может, десять. Без багажа я быстро прошла в аэропорт. Эйб послал сообщение о моем прибытии, но я понятия не имела, кого отправят встречать меня. Скорее всего, Альберту, думалось мне, главу стражей Академии. Или, может, мою мать. Я никогда не знала, где она находится в данный момент, и внезапно мне – правда-правда – ужасно захотелось увидеться с ней. Логично, если бы отправили ее, верно?
Поэтому я слегка удивилась, когда выяснилось, что на выходе меня ждал Адриан.
Улыбка расплылась на моем лице, я ускорила шаг и обняла его, к нашему общему изумлению.
– Никогда в жизни так не радовалась встрече с тобой, – сказала я.
Он крепко сжал меня, а потом отпустил, восхищенно разглядывая.
– Сны никогда не отражают реальной жизни, маленькая дампирка. Ты выглядишь изумительно.
Я привела себя в порядок после сурового испытания со стригоями, и, несмотря на мои протесты, Оксана продолжала исцелять меня – сошли даже синяки на шее, о происхождении которых она никогда не расспрашивала.
– А ты выглядишь…
Я внимательно изучала его. Одет он был, как всегда, прекрасно – удлиненное шерстяное пальто и зеленый шарф под стать его глазам. Темные волосы взъерошены в искусном беспорядке, который ему так нравился, но его лицо… Как я уже говорила, Симон сумел нанести ему несколько серьезных ударов. Один глаз Адриана заплыл, и под ним красовался огромный синяк. Тем не менее, учитывая недавнее бесстрашие в схватке, никакие изъяны не портили его внешность.
– …великолепно.
– Лгунья.
– Неужели Лисса не могла исцелить твой синяк?
– Это почетная метка.
