– Это самое оптимистичное, что ты до сих пор мне говорила.

– Не придавай особого значения. «Не знаю» может означать и день, и год. Или даже никогда.

Озорная улыбка снова заиграла на его губах; что же, он симпатичный, ничего не скажешь.

– Буду надеяться, что это один день.

Воспоминание о Сидни навело меня на мысль задать ему один вопрос.

– Ты когда-нибудь слышал об алхимиках?

– Конечно.

Еще бы он о ком-то не слышал! Типично.

– Можно было и не спрашивать.

– Почему ты интересуешься? Столкнулась с ними?

– Типа того.

– Что ты натворила?

– Почему ты думаешь, будто я что-то натворила?

Он засмеялся.

– Алхимики только тогда возникают, когда случаются неприятности, а ты – непреходящий источник неприятностей. Будь, однако, осторожна. Они сдвинуты на религии.

– Здесь не тот случай.

Вера Сидни не казалась такой уж… чрезмерной.

– Только не позволяй им обратить тебя в свою религию. – Он подмигнул. – Ты мне нравишься грешницей.

Я хотела сказать ему, что Сидни наверняка считает меня за гранью спасения, но тут он ушел из моего сна.

Вот только вместо того, чтобы погрузиться в обычный сон, я проснулась. Поезд успокаивающе погромыхивал, пока мы мчались по России. Моя лампочка все еще горела, слишком ярко для затуманенных сном глаз. Я потянулась, чтобы выключить ее, и заметила, что постель Сидни пуста.

«Наверно, в туалете», – подумала я.

И все же мне было не по себе. Она и ее алхимики оставались для меня загадкой, и внезапно мне пришло в голову, что, возможно, она как раз сейчас осуществляет задуманный ими зловещий план. Может, вышла, чтобы встретиться с каким-нибудь тайным агентом? Я решила найти ее.

По правде говоря, я понятия не имела, где она может быть в таком огромном поезде, но логика никогда не останавливала меня. Не остановила и сейчас. По счастью, надев тапочки и выйдя в коридор, я обнаружила, что мне не надо далеко ходить.

Вдоль коридора тянулись окна, все с этими роскошными занавесками, и Сидни стояла у одного из них, спиной ко мне, завернувшись в одеяло и глядя в ночь. Взлохмаченные от сна волосы выглядели не такими золотистыми в тусклом свете.

– Эй! – неуверенно окликнула я ее. – С тобой все в порядке?

Она слегка повернулась ко мне, одной рукой придерживая одеяло, а другой теребя свой крестик. Я вспомнила замечание Адриана о религиозности алхимиков.

– Не могу уснуть, – призналась она.

– Это… из-за меня?

Вместо ответа она снова отвернулась к окну."

"– Послушай. – Меня охватило чувство беспомощности. – Если я могу что-то сделать… В смысле, кроме как отказаться от этой поездки…

– Я справлюсь, – сказала она. – Просто… ну… это как-то странно для меня.