Слишком много гнева и злобы было в каждой доске и в каждом гвозде. Она впитала зло, как губка, а зло не умирает так просто.

Огромные трещины тянулись во все стороны от завода, как будто земля была сделана из стекла. Громадное строение самой фабрики горело, содрогаясь на своём фундаменте. Раздался болезненный стонущий звук, и одна из стен рухнула, а затем другая, гигантское пламя поднялось высоко в небо. Крики эхом отдавались в ночи жутким шипением, становясь все громче. Огонь начал распространяться во все стороны.

- Вот как это произошло на самом деле, - сказала Рамона, наблюдая за происходящим.

- Горожане ... они пришли сюда и сожгли это место. Это был поджог. Они должны были разрушить чары Матушки Кроу, разорвать её власть над ними, поэтому они спалили фабрику вместе с ней. Но огонь распространился дальше. Он охватил всё.

Лекс провёл рукой по перепачканному лицу.

- Огонь дошёл до города и сжег его дотла.

Хотя жар обжигал их, они просто стояли и смотрели, зная, что находятся прямо на пути огня. Это ещё не конец, и они не уйдут, пока не доведут дело до конца.

Пылающее сооружение задрожало и затряслось.

Несмотря на то, что оно разваливалось на части, пылающий жар, казалось, высвободил ужасную тёмную силу, которая отказывалась умирать. Они видели горящие красные глаза, похожие на огненные шары, смотревшие на них, когда оно пыталось подняться, как почерневший скелет, пытающийся выбраться из чумной ямы. Казалось, оно действительно собиралось это сделать.

- БЕГИ! - крикнула Рамона, направляясь к дороге."

"Она не знала, что произойдет, но что-то ей подсказывало, что по разрушительной силе оно не будет уступать бомбардировке Хиросимы.

Она увидела, как Лекс бежит, спотыкаясь, по дороге обратно в город. Она видела, как он обернулся и что-то крикнул ей, но не расслышала, что именно.

Позади неё раздалось ревущее извержение чистой энергии, и она оказалась в эпицентре хаоса. Она чувствовала, как миллионы лезвий света врезались в неё, поднимая её в воздух с невероятной силой. Они тянули её с невероятной скоростью через безмолвную космическую черноту.

Нет... нет ... пожалуйста…

То ли её разум, то ли тело были в полете, она не знала. Она летела, как пуля, сквозь красные просторы и зеленые измерения, проносясь сквозь время, пространство и материю.

Когда всё закончилось, она ползла по почерневшим развалинам Стокса, обезумевшая и хнычущая, всё её тело ныло и болело, чудовищная головная боль пульсировала в черепе.

- Лекс? - она услышала свой плачущий голос. - О ... Лекс, где ты?

Обожжённая горячим пеплом, она втащила своё измученное тело через искорёженный дверной проем, кашляя от густого дыма. Дом, или здание, или что там ещё, чёрт возьми, это было, всё ещё дымился.