Он приехал на переговоры со своим родственником, высокопоставленным офицером уголовного розыска, но встретиться так и не успел — очередь из пистолета-пулемёта, выпущенная буквально в упор, отсекла заднюю часть черепной коробки. Совершенно случайно, проезжая невдалеке на встречу с друзьями детства и услышав по радио о происшедшем, решил проверить ситуацию и своими глазами увидел мозг, валяющийся на дороге, и изуродованную голову, в принципе, только лицо без черепной коробки — вот такие друзья!

Весело перебирая факты произошедшего, разговаривали друг с другом Андрей и Нелюбин, даже не подозревая о том, что всё произнесённое ложится качественной записью на мои носители — это была «бомба», где открытым текстом говорилось, кто и зачем такое сделал.

«Солоник» действительно не знал, кто это сделал, но каток запустился — Буторин добился своего.

Я получил указания от «батьев» передать данные, узнанные из телефонных переговоров, при заказе билетов Колиговым-Коладопулусом, и РУОП задержал его то ли 29, то ли 30 числа в Шереметьево-2, сделав всё, как написано в учебнике профессионального афериста и шантажиста — за перевоз и хранение наркотических средств тот получил восемь лет, и это было только начало.

В случае задержания, Саратову был обещан адрес «Солоника», и 30-го я стал заложником собственной игры, пересекшейся с «Осиной», а конкретно — произнесённых мною слов, и неважно, что они были согласованы с Пылёвым, а дальше с Буториным.

Бригада «Ух» — Шарапов, Пустовалов, Гусев, Филипов и ещё один — выехала и была уже в Афинах, с приказом ждать, но не позднее 31 числа убить «Солоника». Вдруг звонок Саратова: «Мы со «спецами» вылетаем сегодня в Афины, нужна информация о местонахождении «Переделанного» (Солоника) прямо сейчас». Он требовал адрес, ссылаясь на выполнение обязательств, предложенных нами самими же. Разумеется, я его не даю, переговоры длятся часами, мешает прилетевшая за несколько дней до того девочка.