Стараются повторить. Неумело, скромно, неловко. Сладкий язычок неуверенно касается моего и тут же попадает в плен.
Алена постанывает, срывая мне крышу, накрывает мои руки своими, спускает их с головы к шее. И чуть ниже, пока я не касаюсь пальцами острых ключиц.
Останавливается. Впивается ногтями в ладони – и, промычав что-то, убирает их от своего манящего тела.
Упираюсь кулаками в бортики. Нехотя отрываюсь от принцессы.
– Красавица, ты прости меня за то собеседование, – виновато выдыхаю ей в губы. Касаюсь их еще раз, провожу языком по нижней. Отстраняюсь. – Для меня самого предложение Валевского было диким. Надо было послать его тогда, а я проверить решить. И тебя обидел. Допроверялся, – в сердцах выплевываю. – Проверяльщик хренов!
Возвращаюсь к ее волосам. Перебирая и расчесывая пальцами мыльные пряди, в подробностях воспроизвожу события того рокового кастинга. Чуть ли не по минутам. Когда заканчиваю и умолкаю, Алена еще некоторое время пребывает в шоке.
– Я Алекса винила, – задумчиво произносит. – Менеджера, который моделей по параметрам отбирал, – поясняет прежде, чем я разозлюсь. И занесу этого мужика в черный список. Хотя… Поздно. Он уже там.
– Он по приказу Валевского действовал. И тебя нашел по «приметам», которые я павлину описал…
– Та-ак, – перебивает меня. – Диснеевская принцесса. С золотистыми волосами… – перечисляет озвученные мной параметры, заставляя почувствовать себя полным идиотом. – Ты псих, да? – подытоживает внезапно.
– Ну, прекрати, – оставив несчастные волосы «отмокать», намыливаю губку. Веду ею по плечам, к краю груди. – Говорю же, проверка. К тому же… – расплываюсь в ехидной улыбке. – Ты же нашлась. Значит, не такой уж я и псих.
– Почему ты мне не рассказывал? – укоризненно спрашивает и испепеляет меня зелеными искрами. Опять поцеловать ее хочу. И не только.
Но не самое удачное время.
– Как будто ты бы поверила, – честно говорю о своих опасениях. – Валевский был для тебя эталоном, а я маньяком-зверюгой. У кого больше шансов завоевать твое доверие? – горько ухмыляюсь.
На автомате погружаю губку под воду, провожу ею по ложбинке груди, спрятанной под кружевом, по ребрам и животу… Действую вслепую, потому что видимость закрывает густая пена.
– Лев, – шумно выдыхает Алена, и от звука ее голоса у меня все напрягается. Хотя кого я обманываю. Я давным-давно на пределе. Хорошо, что домашние спортивки просторные и немного скрывают силу моего желания. Но надолго их не хватит.
– Что, красавица? – отвечаю с нежностью."
"Пушистые, длинные ресницы на миг опускаются, щеки покрываются румянцем. Острые коленки показываются из-под воды – и тут же ныряют обратно.
– Я наедине с тобой. В твоей ванне, – описывает то, что происходит.
