Придётся, как приеду, выходить на связь и слушать лекции, сдавать сессию.
Но это ерунда, а вот возможности Бестужева, всё же удивили. Надо будет запомнить это на будущее. Может, пригодится. Хм, а может ли Бестужев снять комендантский час?..
Нет, это точно мимо. Слишком очевидно…. Тифона мне в напарники, я ж так и не купил весло Харону! Да ещё и не успел наведаться, ни к банкиру, ни к лейб-гвардейцу. Поездка к деду сорвала все планы по усилению, хотя, там же рядом будет артефактор с моей аурой. Что ж, номер три станет первым…
Стук в окно прервал мои мысли. Повернул голову и увидел Шальную. Она стояла прямо напротив и картинно махала белым платочком.
— Чего? — развёл я руками в стороны.
Изольда что-то сказала, но я за стеклом не услышал.
— Чего? — я снова повторил свой манёвр руками.
— Идиот, — прочитал я по губам девушки, и она указала рукой в верхнюю часть окна.
Глянул туда и увидел задвижку. Потянулся, повернул её, и окно открылось.
— Традиция такая, дубина, — донёсся до меня голос Изольды, — тебя что, не провожали никогда?
Ответить я не успел. Состав дёрнулся, что-то лязгнуло, стукнуло, зашипело, и поезд тронулся. Медленно, громко, он поехал вперёд. Шальная отдалялась, но всё так же стояла и махала платочком.
Что ж поездка началась. И хоть у меня в столице много дел осталось, да и дед, уверен, озадачит, но, нет худа без добра. Ехать нам почти двое суток. Отдохну.
Глава 2
Мерный стук колёс убаюкивал. Густой лес за окном сменялся станциями и сельскими улицами, чтобы вернуться вновь. Вернуться и раздражать взгляд отсутствием листвы. Тянуться к вагонам голыми ветвями.
Ситуацию могли спасти ёлки и сосны, но их, почему-то, было мало. Сами они радовали взгляд, но общую картину спасти не могли.
Мне быстро надоел этот бледный, мертвенный пейзаж. Он напоминал о Царстве мёртвых.
Конечно же, в Аиде не было снега и ёлок, но царили пустота и одиночество. Голый, по-зимнему неживой лес, вызывал именно такие чувства. Пустоты и одиночества.
Всего девять утра, но вся эта серость за окном раздражала, будто едем уже пару сотен лет.
Задёрнул шторы и улёгся на диван. Голова коснулась подушки и я провалился в сон.
Проснулся после обеда и оказался, будто в другом измерении. Коля включил в купе лампы. Жёлтый свет заливал помещение теплом. Играл на стенах, на покрытой лаком столешнице.
Николай расстегнул сумку Ирины Леонтьевны и достал наши запасы. На столе появился контейнер с варёной картошечкой. Стукнул скорлупой пакет с варёными вкрутую яйцами. Звякнула солонка, зашуршала фольга, раскрывая жареную курочку.
Тонкая корка хрустнула, и по купе поплыл вкуснейший аромат. Рот тут же наполнился слюной, а в животе заурчало.
Коля ещё доставал какие-то котлеты, соусы, нарезанные в салат овощи, но я не присматривался.
