Моей силы у него было меньше, чем у Афанасия Кременнева, но больше, чем у студентов. Намного больше.
Каналы моей ауры скрутило болью. Я сжал зубы и терпел, старался быстрее перекачать всё до капли. Несмотря на дикое напряжение, я продолжал прислушиваться к тому, что происходит за дверью. Я рисковал.
С меня слетали заклинания, охранники, два бакалавра, могли зайти в любой момент, а я не смогу им противостоять. Но мне надоело ждать, надоело терпеть. Приобретённая вчера сила кружила голову. Требовала забрать ещё. Вернуть всё. А ещё поджимало само время…
В последний момент, когда процесс поглощения уже близился к концу, и я не мог его остановить. За мгновение до потери возможности магичить. Я активировал оба артефакта невидимости.
Моя аура распухла. Каналы были перекручены. По вискам тек пот, а по телу гуляли спазмы. Я дышал часто-часто, пытался отрешиться от боли.
С трудом отошёл в угол около двери и застыл в ожидании. Дыхательная гимнастика помогла привести голову в порядок. Как раз вовремя. Дверь открылась и вошёл официант с новым подносом.
Он закричал, увидев безвольного Букова-Дубинина с куриной ножкой во рту. Поднос упал на пол. Зазвенели тарелки.
Охранники ворвались сразу, как он вскрикнул. Кинулись к князю. Я же скользнул за их спинами в раскрытую дверь и заспешил к кухне.
Миновал прислугу. Обогнул плиты и холодильники. Избежал столкновения со шкворчащей сковородкой в руках повара, и оказался у чёрного входа.
Сдвинул запорную щеколду в сторону. Дверь скрипнула, а в нос ударил запах помойки.
Машину с Николаем я нашёл по звуку двигателя. Нащупал дверь и влез на заднее сидение.
— Гони, — просипел я, переживая чудесной мгновение, когда из ничего вокруг возник салон Ладоги.
Коля осторожно стартанул, а я, заскрипев зубами, отпустил волю и ощутил, как же мне плохо. Силы сдерживаться закончились. Я закричал.
Коля вжал голову в плечи, но не остановился. Он помнил мой приказ. Матерился и ехал вперёд. Вывернул из подворотни и набрал скорость на проспекте.
Дышать, дышать. Медитация. Сегодня мне потребовалось чуть больше времени, чем вчера. Будь сила чужой, думаю, я бы провалялся бы неделю или месяц, а так, уже через двадцать минут каналы пришли в норму. Аура прекратила бурлить и изменяться. Она окончательно приняла новую порцию моей былой силы.
— Останови у магазина, — просипел я, окончательно приходя в себя. — Надо купить деду коньяк.
Всё прошло успешно. Не знаю, что там будут думать насчет Букова-Дубинина, явно будет шум и разбирательства, но я доволен. Осталось навестить гвардейца Микеша и снова повидаться с Кременневым, а затем Греция.
Там ждёт последний известный мне «усиленец». А вот, что дальше, пока не знаю. Понятно, что в Греции я постараюсь найти хоть что-то из своих старых артефактов.
