Тот бурчит что-то недовольное.
А я быстренько перевожу стрелки.
— А как он это сделал? Вы никогда не рассказывали.
— Просто взял меня за руку и повел. Говорит: идем в загс подавать заявление.
— Я цветы подарил! — обиженно встревает папа.
— Но на одно колено не встал. А кольцо мы потом вместе выбирали.
— Я же не знал, какой у тебя размер пальца!
— Ну да. Все равно было хорошо.
— Главное, что ты сразу согласилась.
— Я тогда уже вовсю краску нюхала, — произносит мама.
Михей оборачивается и удивленно таращится на нее. А мы с папой понимающе молчим. Мы-то в курсе этой семейной легенды.
— Что вы делали, Татьяна Ивановна? — спрашивает Медведь.
— Я, когда беременная была, сходила с ума от запаха краски. Больше всего мне нравилась масляная. Но и водоэмульсионка тоже ничего. А вот акриловая совсем не то…
— Дурдом! — не выдерживает папа. — Как-то прихожу, а она банку с краской открыла, стоит с закрытыми глазами, нюхает, балдеет. Как наркоманка…
— Интересное проявление токсикоза, — выдает Медведь.
— Постоянно оттаскивал ее от всех свежепокрашенных поверхностей, — вспоминает папа. — Она их за квартал чуяла.
Мы все дружно смеемся. Напряжения больше нет. Но я все же чувствую, как папа сверлит взглядом затылок Михея…
Похоже, у него к нему еще есть вопросы.
71
Михей— Вон там у меня баня, — гордо демонстрирую я свои владения. — Тут сарайчик для всякой всячины. Здесь беседка… будет. Пока только основание.
— Сам все строил?
— Бригаду нанял. Самому некогда.
— А умеешь?
— Я умею писать код и организовывать бизнес.
— Тоже неплохо, — отзывается мой будущий тесть.
Мы пообедали и я пригласил Юлькиных родителей на экскурсию. И подумываю пригласить их остаться на пару дней. Естественно, я хочу быть с Кошкой только вдвоем! Но чую, что надо поближе познакомиться с будущими родственниками. И расположить их к себе.
— Юль, а где твое кольцо? — внезапно раздается голос моей будущей тещи.
Умеет она задавать нужные вопросы. И замечать детали.
Кошка бледнеет и нервно кусает губы. Мой котенок! Такая впечатлительная! И так трогательно боится родителей и стесняется им врать.
— Оно… там, — растерянно лепечет она. — Сняла, чтобы не потерять.
Да. Оно там. Лежит в кармане. Ждет подходящего момента. И этот момент не за горами. Вот только я до сих пор не уверен в ответе…
То есть, я знаю, что между нами все прекрасно. Мы даже поговорить успели.
И в то же время я вижу, что Юльку подбешивает это всеобщее давление. Получается, что я ее тороплю. Все ее торопят!
Кстати, первым о свадьбе заговорил не я. А ее отец.
А сейчас, пока Юлька с мамой ушли в дом, он берет меня за рукав, тянет в сторону сарая, и предъявляет:
— Юлька беременна?
— Нет, — спокойно отвечаю я.
