Направо! Налево! Во все стороны! Из моей груди вырывается счастливый смех, я ловлю дозу адреналина как дозу кайфа и с трудом перевожу дух.
Боже, главное не перепутать педали!
И не сойти с ума от восторга!
— Плавнее, — подсказывает Север. — Справа грузовик, его лучше объехать.
— А есть еще варианты?
— В женской головке вечно миллион вариантов, которых не предугадаешь.
Улицы стремительно остаются позади, а зеленые лампочки светофора только подстегивают мой азарт. Тем более я знаю, что место для разгона скоро закончится, еще пару перекрестков и начнется нудная полоса, где вечно пробки в вечерний час.
— Больше не держишься за руль, — я кривлюсь, замечая, что Север отпустил руль и устроился с кресле удобнее.
— Ты классно водишь.
— Или у кого-то КАСКО.
— Нет.
— Что нет?
— Я как раз заезжал в офис, чтобы оформить.
— То есть, — я теряю дар речи и указываю пальцем на лобовое стекло, — то есть, если я ее реально поцарапаю, то страховая ничего не заплатит.
— Они ужасно жадные ребята.
— А кто тогда заплатит?
— Давай ты.
Он резко дергает руль и бросает Порше влево. Я быстро перевожу взгляд туда и тут же зажмуриваюсь, когда вижу, как стремительно на нас надвигается стальное ограждение.
"Я ударяю по тормозам и с кристально чистой злобой смотрю на мужчину.
— Ты с ума сошел?!
В салоне Порше становится жарко от моих эмоций. Хотя мужчина по-прежнему спокоен, он разворачивается ко мне корпусом и протягивает ладонь. Я не успеваю среагировать и его пальцы тесно касаются моего лица. Меня обжигает горячим прикосновением, а следом возмущением, которое прорезает насквозь и алой стрелкой указывает на его щеку.
Я выбрасываю ладонь, но он ловко ее перехватывает. Теперь в его горячем захвате и мои пальцы. Прекрасно.
— Отпусти, — шиплю ему в лицо, заводясь. — Сейчас же.
— Хочешь выйти из машины?
— Очень!
Север резким жестом перебрасывает ладонь с моей руки на мое же бедро, а второй ладонью уходит за шею. Я за мгновение оказываюсь в объятиях и чувствую себя пушинкой. Мужчина с пугающей легкостью переносит меня через бортик и усаживает себе на колени. Я не придумываю ничего лучше, как вонзиться ногтями в его массивное запястье, которое даже не могу обхватить как следует! Высоченный огромный мужлан! Раскачался и творит, что хочет! Урод!
Но он не двигается.
— С той стороны не выйти, — со словами приходит его дыхание, оно кажется мне тягучим и расходится мягкими волнами по моим волосам. — Водительская дверца зажата.
Он прав.
