— Если что-то узнаете, или потребуется помощь, обращайтесь, доктор, — протягивая визитку, кивает он на прощанье. — Я ваш должник. Не примчись вовремя санавиация, мы бы Яну у костлявой не выцарапали. Там же минуты все решали.
Никита и Вадим выходят проводить нежданных гостей, а мы с Алиной молча перетираем посуду.
— Ты чего так разволновалась? — спрашивает меня жена Вадима Ильича. — Наоборот, радоваться надо. Никитка у нас вон какой молодец. Людей спасает.
— Ему теперь орден выпишут! — глуповато фыркает Настя и демонстративно выходит из кухни.
— Вот в кого она? Скажи, пожалуйста! Пылинки с нее сдували. А как в стервочку превратилась, сами не заметили, — вздыхает Алина.
А я, не зная, что сказать, пожимаю плечами.
— Перерастет, — кидаю дежурное.
А когда в кухню вваливается довольный Никита, все понимаю без слов.
— Пойдем, жена, дело есть, — фыркает он, обнимая меня за шею. — Я такое придумал, Яночка. Тебе понравится…
61
Никита
Власть имущих я всегда стараюсь обойти стороной. Как там у Булгакова — сами придут и предложат. Раньше как-то слабо верилось, что такое бывает.
А нет! И на моей улице перевернулся грузовик с конфетами.
— Если хочешь, могу тебе этот «Жемчуг» вернуть, — басит отец спасенной мною девочки. — Он теперь к двум иностранцам перешел. Мутные они оба… Скорее всего, это братья заказали бывшего владельца. Хорошо, хоть жена и дети под пули не попали.
Содрогаюсь только от одной мысли, что Яну и малышей ждала судьба Василиди. Даже представить страшно.
— Она ушла от него, — бросаю тихо. — Я забрал ее и детей примерно за час до стрельбы.
— Ну и чуйка у тебя, доктор, — басит довольно Алексей Петрович.
— Да, интуиция не подводит, — скромно киваю я, точно зная, что когда дело касается Яны, у меня все чувства обостряются в тысячи раз.
— Ты молоток, доктор, — усмехается мой новый знакомый. — С таким прицепом бабу взял! Свободной, что ли, не нашлось?
От его слов дергаюсь мысленно. Ну, за каким хреном люди лезут в чужую жизнь?
— Нашлись бы, — улыбаюсь холодно. — Только я не искал. Яна — замечательная женщина, и люблю я ее. Какой смысл искать другую?
— А дети?
— Близнецы мои, — говорю совершенно спокойно и с некоторым злорадством наблюдаю, как вытягивается морда Алексея Петровича.
— А, ну если… — тянет он и задумчиво трет квадратную челюсть. — Слушай, ну так по документам они же все равно наследники… Давай верну тебе этот сраный «Жемчуг», и будем в расчете, а?
— Да вы мне ничего не должны, Алексей Петрович, — убеждаю я своего собеседника и тут же осекаюсь на полуслове.
Деньги в отель вложены немалые. И, безусловно, Яна и Милана имеют на них право. И кто я такой, чтобы отказываться?"
"— Насчет «Жемчуга» подумаем. Мне с Яной посоветоваться надо. Это вопрос пока.
