Для нас обоих стало удивлением, что из этого “проекта” я решил выйти.
Была причина.
По ушам щелкает тихая китайская речь, Лиза транслирует ее на русский.
Пройдясь своим участием по краю беседы, стираю поступившие от Альбины сообщения. Удаляю не читая. Делаю так уже примерно месяц. В сообщениях широкий разброс: от заверений в любви, до пожеланий катиться в ад.
Я не оставил ей возможности делиться эмоциями лично. Она не знает, где я нахожусь. В Москве я не был уже три месяца, и не планирую возвращаться в неопределенной перспективе, ну а здесь, в городе…
Я не знаю, на кой хер мне оставаться.
Программа переговоров закончится через три дня. Я могу вылететь в любую страну мира в ожидании, пока китайцы примут решение. Когда они его примут, передам этот “подарочный пакет” бывшему тестю, и волен буду валить на все четыре стороны."
"Администратор ресторана на ухо предупреждает меня о том, что наше время заканчивается. Решаю его не продлевать, обед себя исчерпал. Когда помещение начинают заполнять посторонние люди, заканчиваем.
— Если на завтра все в силе, — тормозит меня на выходе Чернышов. — то к десяти утра к отелю подъедет экскурсионный автобус. Это мероприятие без меня. У меня на выходных планы с семьей.
— Хороших выходных, — оставляю ему вежливое пожелание.
Отвечает на мое рукопожатие без упоения и эйфории.
Этот персонаж — единственный человек в городе, который за время нашего общения забыл озвучить главное — как сильно городу повезло, хотя именно от него я должен был бы услышать это в первую очередь.
Забывчивость поразительная, на мой взгляд. Я бы сказал, принципиальная. В конце концов он мэр в городе с населением в полмиллиона человек, и в его город вольют инвестиций на сумму, которая тут никому не снилась.
Провожаю его уход с усмешкой.
Уличная жара плавит асфальт.
Прежде чем сесть в арендованный “Мерседес” с водителем, надеваю солнечные очки.
Лиза расположилась сзади вместе с нашим подопечным, поэтому занимаю переднее сиденье. До отеля можно и пешком дойти, но город слишком пыльный. Добираемся за пять минут прямо к парадному входу. Когда собираюсь выйти из лифта, в котором остались с Лизой вдвоем, она останавливает.
— Кирилл…
Смотрю на нее, задержав ладонью дверь.
— Мы идем с ними на ужин? — имеет в виду наших китайских коллег. — Или у меня свободный вечер?
— Ты свободна. Просто будь на связи, — отпускаю дверь и ухожу по коридору.
В номере сбрасываю обувь и снимаю футболку. Взяв с журнального стола ноутбук, валюсь на диван у окна.
Город как на ладони. Пыльный и прожаренный полуденной жарой. Смотрю на него, словив взглядом точку в пространстве.
Работа, которую попытался начать еще сегодня ночью, так и висит в задачах пустая.
