Муж сказал, что следующий разговор о разводе мы поднимем через пару месяцев. Впереди у Яна много планов и проектов. Крепкий брак на протяжении многих лет с одной-единственной женщиной является показателем стабильности и надёжности. Партнёры и инвесторы будут в восторге и непременно оценят, а я потерплю хотя бы ради сестры.

Несмотря на то, что мне дико интересно слушать рассказы Титова о жизни в Америке, время неумолимо движется вперёд. На часах полночь, а подготовленного материала для лекций у меня ноль.

Отлипнув от мужа, я поднимаюсь с дивана и забираю с журнального стола грязную посуду.

Вова уговаривает меня задержаться, а Ян медленно поглаживает моё бедро.

— Ты ведь не завтра улетаешь, Титов? — мягко улыбаюсь в ответ. — Мы обязательно увидимся на днях и продолжим общение!

— Можем прямо за завтраком, — произносит Ян.

Я непонимающе моргаю и перевожу взгляд на мужа.

— Володя останется у нас на пару дней, — невозмутимо поясняет он.

Глава 3.

***

Так вышло, что мы с Яном знакомы с самого детства. Наши родители тесно дружили, посещали общие мероприятия и входили в одну крупную общину города.

Когда я родилась, то Каминскому было три года.

Моя свекровь до сих пор со смехом любит вспоминать о том, как сильно я раздражала Яна своими истериками и капризами. Подружиться нам удалось лишь в школьном возрасте без какого-либо намёка на симпатию, интерес или влюблённость. Просто, когда мои родители собирали гостей в огромном загородном доме, веселее всех было проводить время с Яном. Он умел ловить ящериц, жуков и бабочек. Прекрасно строил убежища и лазил по деревьям. Мне хотелось уметь, как и он.

Друзьями мы оставались пока мне не исполнилось восемнадцать.

Ян к тому времени был студентом третьего курса и вовсю крутил романы с девушками. Я знала о каждой, но никакой ревности у меня и в помине не было.

Черта между дружбой и взрослыми отношениями стёрлась напрочь, когда случилось одно неприятное событие. В прессу попали мои фотографии с закрытой вечеринки, куда я пришла вместе с Каминским.

Вскоре моя семья увидела эти снимки и своим давлением едва не довела меня до суицида. Я никуда не выходила, ни с кем не общалась. До тех пор, пока к нам без предупреждения не приехал Ян.

После разговора с отцом он вошёл ко мне в комнату и сел в кресло, опустив руки на подлокотники.

Говорил много и долго. Как будто давно спланировал наше с ним совместное будущее.

Ян не обещал мне воздушных замков, но я и сама не надеялась. Мне хотелось лишь того, чтобы он скорее забрал меня из родительского дома.

Наш брак был заключён через две недели. Не по огромной любви, хотя все предпосылки для её появления были. Во всяком случае, я поняла, что по уши втрескалась в собственного мужа примерно после медового месяца.