— Тём, мы просто говорили…
— О чем тебе с ним говорить?
Хватаю Злату за руку и заставляю показать то место, которое она так усиленно трёт. На запястье добротный такой красный след, стопроцентно будет синяк.
— Откуда это? — спрашиваю. — Отец, это ты? Ты что с ней сделал?!
— Неудачно схватил… — оправдывается он. — Я не хотел… я ж не виноват, что у меня пальцы сильные! У нее кожа, небось, чуть дотронешься — и синяк!
Его ответ меня еще больше взвинчивает.
Златка — не хрупкая неженка. Точнее, сама-то девушка, может, и неженка, а вот ее кожа — нет. За полгода совместной жизни я по-всякому успел ее потрогать. Обычно это проходило для нее без последствий, и лишь раз, уж очень увлекшись, я схватил ее за ягодицу так, что остались красные отметины, прямо как сейчас. Наутро на попке виднелись ощутимые синяки, за которые она потом меня долго ругала.
— Ты думаешь, я не знаю, как ее надо схватить, чтобы остался синяк? — рычу на отца.
И тут в памяти всплывает момент, когда я видел у Златки точно такие же отметины на том же самом месте. Случилось это в ту самую ночь, когда мы с ней решили жить вместе.
Едва эта мысль появляется в моем мозгу, тут же задаю вопрос:
— Злата, в ту ночь, когда ты ко мне вернулась, ты еще сказала, что тебе поставили синяк в метро, на самом деле это сделал отец?
Девушка бледнеет. Отвечать ей, в принципе, уже не нужно, читаю ответ у нее на лице.
— Какого черта, отец! Зачем ты к ней приходил?
Тот молчит, и Злата тоже молчит. А я вспоминаю, как утром того же дня жаловался папаше на то, что мы со Златкой не вместе…
Мое сердце начинает биться так громко, что я натурально начинаю его слышать, причем возникает ощущение, что бьется оно уже не в груди, а где-то в районе горла:
— Злата, это мой отец убедил тебя ко мне тогда вернуться? — спрашиваю на выдохе.
— Он угрожал, что сдаст меня дяде Улдану… — сознается она тихо.
— Но это же глупость! — трясу головой. — Я с ним разобрался!
— Теперь я это знаю! — восклицает она, — А тогда не знала…
И тут мое сердце замирает, забывает, что нужно биться.
— Скажи, а ты вернулась бы ко мне тогда, если бы не угрозы отца?
Она морщится, будто ей насыпали в рот лимонной кислоты.
— Не знаю, тогда я была на тебя очень зла…
Лучше бы она сейчас промолчала, вот просто взяла бы — и ничего не ответила. Ведь пока не знаешь наверняка, есть шанс, что ты ошибаешься…
Как законченный садомазохист, продолжаю пытать себя и ее:
— Как же все эти признания в любви по десять раз на дню? Вранье, да?
Последний вопрос произношу уже утвердительным тоном.
Физически чувствую, как добрая часть моей души умирает.
Примечание:
SMM-щик – SMM-специалист, основная деятельность которого заключается в продвижении бренда в социальных сетях.
Глава 79.
