Большая часть темно-коричневого зелья вылилась на его шею, подбородок и на постель. Сесилия, сразу догадавшись, кто эта вновь прибывшая дама, быстро вытерла самые большие пятна.
— О, Микаел, — еле слышно произнесла Анетта. И тут же, бросив взгляд на стол, перекрестилась и забормотала:
— Святая Богоматерь!
Череп грудного младенца, высушенные летучие мыши, мумия руки и много других вещей, вызывающих отвращение у истинно верующего человека.
— Но как вы можете… это же…
— Мы должны испробовать все, — огрызнулась Сесилия. — Что бы Вы делали на нашем месте?
— Я бы молилась. Молилась святой Мадонне.
— А до этого она помогала Микаелу?
— К сожалению, Микаел не был верующим. Но Богоматерь всегда была на моей стороне.
«И против Микаела», — подумала Сесилия, но вслух сказала:
— Хорошо, тогда молитесь Небесной Матери! Мы должны использовать все ресурсы, только бы он вернулся к жизни.
Анетта так и сделала. Она упала на колени возле постели Микаела, взяла его безжизненную руку в свои сложенные на груди ладони и произнесла длинную, запутанную молитву по-латыни.
Сесилия была невольно тронута этим.
Остальные были заняты своим делом, продолжая пичкать Микаела зельем. Маттиасу стало жаль это хрупкое создание, стоящее на коленях в молитве, вытирающее поочередно нос и глаза. Закончив свои дела, он положил ей руку на плечо — и Анетта подняла на него опухшее от слез лицо.
— Я так спешила, — пропищала она на своем ломаном шведском языке — Я спешила изо всех сил, но все-таки ему удалось это сделать.
— Значит, Вы знали об этом?
— Он написал мне письмо, — пытаясь превозмочь плач, сказала она. — Он все неправильно понял.
— Микаел говорил, что причиной этого не является ваш брак, — мягко заметила Лив. — У него была депрессия. Злые силы получили власть над ним, к нему прикоснулась душа умершего.
Анетта вопросительно уставилась на них. Она ничего не понимала.
Сесилия не была такой деликатной.
— Вы тоже виноваты в этом, — сказала она.
— Сесилия, не теперь, — тихо и настойчиво произнесла Лив.
Анетта опустила голову.
— Вы правы, — прошептала она, — я сгибаюсь до земли под тяжестью вины.
Сесилия тронула ее за плечо.
— Продолжайте свои молитвы, Вы просто ребенок! Это, по крайней мере, никому не повредит. Кто знает, может быть, это и поможет.
В ее устах это прозвучало великой уступкой.
Анетта вопросительно уставилась на Никласа.
Лив пояснила:
— Он относится к числу избранных Людей Льда, он наделен редкостными свойствами. Его зовут Никлас, это троюродный брат Доминика. Только он может спасти Микаела. В его руках есть чудодейственная сила.
Анетта перекрестилась.
