Ян пытал мой телефон весь вечер субботы, пока я не бросила его в черный список. Скорее всего, узнал от охраны или Марты, что я была в особняке. Догадался, что я могла их видеть?
До конца лекции почти полчаса, заходить в аудиторию с таким опозданием нет смысла, самое разумное — спуститься в столовую. В это время она оказалась еще закрыта, хотя легкий аромат выпечки уже расползался по этажу."
"Вчера я решила не тратить ту небольшую сумму денег, что осталась у меня в кошельке, но сейчас я спускаюсь в кафе выпить чашку кофе, не хочется стоять в пустом коридоре и подпирать стену.
Удивляет полный зал посетителей. Такое ощущение, что отменили лекцию у всего курса. Под пристальными взглядами парней пересекаю зал, занимаю свободный столик в углу. Официант приносит папку меню. Цены кусаются, но, впрочем, в этом городке все дорого. Заказываю чашечку кофе, она несильно ударит по моим скромным сбережениям. Нужно искать работу, без стипендии я здесь не выживу, умру с голоду.
— Вам уже пришли деньги? — прислушиваюсь к разговору девушек за соседним столиком. Слово «деньги» привлекло мое внимание. Как говорится: «У кого что болит…».
— Мне пришли, — отвечает ей подруга. — Знать бы еще, как часто их придется отрабатывать, — добавляет со смешком, отпивая из трубочки сок.
— Мне нравится их отрабатывать, — низким пошлым голосом, облизывая губы. Сразу становится понятно, как она их отрабатывает. — Я была бы рада продлевать контракт, пока не выйду замуж, — под дружные смешки. Официант ставит передо мной чашку кофе.
— Еще что-нибудь? — спрашивает парень.
— Нет, спасибо, — мысленно прошу его скорее уйти, излишне интересный разговор за соседним столиком не хотелось бы пропустить.
— Я хотела бы быть только с Кайсыновым, он мне очень нравится, — наигранно вздыхая. Знакомая фамилия еще больше настораживает. — Все они отлично трахаются, но в Демона я влюблена, по ходу, — с нотками грусти. У меня челюсть отпадает, не ожидала я таких откровений.
— Но трахаться мы должны со всеми, — следом вздыхает ее подруга.
— Я тоже предпочла бы быть на контракте только у Самсонова, на его члене я могу кончать всю ночь подряд, но таких условий нам никто не предлагает, — внутри меня, оказывается, есть живые частицы, которые в этот самый момент умирают. Моя ненависть вспыхивает с новой силой!
Чуть разворачиваю стул, чтобы рассмотреть ту, которая только что хвалила сексуальные подвиги Самсонова.
Белобрысая уродина с надутыми губами!
— Они все ох…но трахаются, но у каждой из нас есть любимчики.
— Я уже не помню, когда Ян приглашал меня к себе на ночь, — шатенка хватает со стола айкос, затягивается.
— И я не помню, думала, он с вами трахается, — выдает белобрысая с нотками удивления. Легкая искра надежды вспыхивает в груди, но я тут же ее тушу.
