Простолюдинки и крестьянки носили исключительно темные закрытые платья, с воротом под самую шею. Представительницам торговых сословий дозволялось носить черное с белым, причем в наряде должно было явственно преобладать наличие черного, но никогда не допускались исключительно черные наряды. Аристократки в выборе платьев не были ограничены ни цветом, ни фасоном, за исключением одного – декольте никогда не должно было быть ниже яремной впадины под шеей. Открытые плечи допускались, но не более. Я все это узнала в платяном ателье, и уже тогда поняла, что наряды студенток в Некросе были верхом неприличия по меркам столицы, а если вспомнить эльфийский бал из прошлого, то те платья вообще были за гранью.

Вот Эдвин и выбрал для меня наиболее скромное платье.

– Так не пойдет, – тихо сказал Норт. – По фасону на тебе платье простолюдинки.

Что-то подобное я и подозревала.

– Ты знаешь Эдвина, – вздохнула я.

Мы оба знали Эдвина, но я не знала об одном нюансе:

– Эдвин Харн не принадлежит к аристократии, Риа, как и сам клан Меча и все подвластные ему младшие кланы. Я не понимаю лишь одного, почему ни слова не сказала модистка? Я даже не знала, как ответить на этот вопрос.

Дело в том, что стоило Эдвину появиться со мной в самом фешенебельном ателье столицы, как из этого ателье испарились абсолютно все представители мужского пола. Совершенно все. От продавцов до туфельных дел мастеров, у которых мне, к слову, требовалось заказать туфли. Но все ушли. Не поднимая глаз. Кланяясь Эдвину и мне и… даже не делая попытки сказать хоть слово. Женщины вели себя не лучше – никакой критики и в то же время ни единого хвалебного слова в мой адрес. Клан Меча видимо знали, причем знали с какой-то другой и совершенно неизвестной мне стороны. Далее нам молча вынесли на выбор около двадцати вариантов платья. Эдвин указал на лимонно-золотое, и платья унесли.

Через пол часа принесли уже ушитое по мне, и я не знаю, как они это провернули, потому как с меня даже мерок не снимали.

– Скажем так… модистка даже не пыталась что-либо говорить.

Мрачно посмотрев на меня в отражении, Норт спросил:

– А Дан?"

"Я приподняла край юбки и продемонстрировала самые сказочные на свете туфельки.

– Дан был вынужден догнать сапожника, в прямом смысле этого слова.

Дан же снимал мерки с моей ноги и вот результат.

Туфельки были отменные – из золотой парчи, с удобной колодкой, абсолютно неощутимым каблуком и в целом мастер туфель был на самом деле мастером своего дела. Жаль, Эдвин пресек мою попытку поблагодарить сапожника.

– Знаешь, когда Гобби писал про Харна что он суровый, я даже не подозревала, что настолько.

– Клан Меча и подвластные ему кланы живут несколько изолировано, так что ничего удивительного, что их побаиваются.