Делаю вдох и готовлюсь высказать этому хаму всё, что думаю о его поведении, как глаза застилает пеленой, и в памяти всплывает странная сцена.
Захожу в высоченные, широко распахнутые двери. Холл кишит студентами, и все, как по команде, кланяются мне.
- Доброго дня, леди Эллеринг!
- Прекрасно выглядите, леди!
- Леди Эллеринг, вы свежи как майская роза!
Вместо того, чтобы спросить, кто такая эта загадочная леди, я раздаю улыбки и вежливо отвечаю на каждое приветствие. Уверенно пересекаю холл, держась правой стороны и тороплюсь к широкой мраморной лестнице.
Мне нужен пятый этаж, где находится ректорат.
В груди томительное волнение. Сегодня годовщина нашей свадьбы с Эйваром, и мне не терпится преподнести ему сюрприз! Уверена, он будет счастлив!
Как же тут много ступенек.
Между третьим и четвёртым этажом встречаю мисс Фэлш, секретаршу Эйвара. Встревоженная женщина, завидев меня, поправляет очки на переносице и всплескивает руками.
- Леди Эллеринг, что за напасть! Лиззи опять набедокурила! Ректор рвёт и мечет! Вызвал её в кабинет и орёт так, что стены дрожат!
Грудь наполняется нешуточной тревогой.
Почему моя неугомонная кузина вновь испытывает его терпение! Знает же, что с драконом шутки плохи, и…
- Оглохла? - ледяной голос вонзается в мою голову острой иглой, вырывая из странного видения.
- А? - растерянно хлопаю глазами, чувствуя странную смесь страха и стыда. Будто я сделала нечто дурное и должна за это оправдываться.
Гадкий, гадкий сон!
Щипаю себя за запястье, но проверенный трюк не срабатывает.
- Ты хоть понимаешь, что натворила, Виктория? - от того, как незнакомец произносит моё имя, хочется спрятаться под кровать и носа не высовывать, пока он не уйдёт куда подальше. - Кто тебе позволил открывать рот без разрешения?
Мало того, что редкостный хам, так ещё и пристал к посторонней женщине!
Может, это он ударился головой, раз счёл меня своей женой?
- Вы…
Хочу сказать “обознались”, но видение возвращается.
Дверь в ректорат приоткрыта. Приёмная пустая, а за дверью слышится странный шум. Вроде, не ругаются, и мне бы порадоваться, но сердце тревожно сжимается и бьётся так, словно хочет вылететь из груди.
Густой ковровый ворс скрадывает звук моих шагов. Пальцы касаются прохладного металла круглой дверной ручки, и до моих ушей доносится радостное воркование Лиззи.
