Чуть подумав, Елисей отсчитал ровно сотню монет и, пересыпав их в один из своих мешочков, приготовленных для хранения пороха, прибрал остальное. Чтобы не мудрить с хранением, он просто сунул мешок в ящик и, быстро выкопав ямку под стеной сарая, сунул в нее ящик. Засыпав и утрамбовав яму, он снова закрыл сарай и отправился домой. Своей последней фразой комендант явно давал понять, что до завтра ему лучше в комендатуре не появляться. Там и без него забот хватало.
* * *— Я не желаю с тобой разговаривать, — холодно отчеканил Митя, воинственно сверкая стеклами очков.
— Это с чего ж такая немилость? — иронично усмехнулся Елисей.
— Ты хотел пытать пленного офицера, — фыркнул студент.
— А кто тебе сказал, что он офицер? — продолжал посмеиваться парень.
— Так он сам это объявил, — ответил Митя, заметно растерявшись.
— А я тебе сейчас объявляю, что являюсь принцем китайским. И что? — снова усмехнулся Елисей. — Ты документы его видел? Или, может, бумаги какие он тебе показал?
— Э-э, нет, — смутился студент.
— Так с чего ты вдруг решил, что он дворянин и офицер? — последовал вполне логичный вопрос.
— Но ты собирался его пытать?! — снова взвыл Митя.
— Да мало ли чего я собирался, — отмахнулся Елисей. — Главное, что я вправду сделал. Ты, Митя, главного так и не понял. Это был лазутчик. Враг. Настоящий. Живой. Тот, который готов был всех нас убить, чтобы цели своей достичь. И поверь, уж он-то не станет колебаться, ежели вдруг потребуется прирезать кого. Это, Митя, и есть настоящая война, — вздохнул парень и, обреченно махнув рукой, развернулся, собираясь уйти.
— Так выходит, ты его просто пугал? — сообразил наконец студент.
— Ты в шахматы играешь? — спросил Елисей, оглянувшись через плечо.
— Немного, — удивленно кивнул Митя.
— Так вот. Один умный человек сказал. Война — это не кто кого перестреляет, а кто кого передумает. Так что учись думать.
Они столкнулись у крыльца комендатуры. У Елисея сложилось впечатление, что новоявленный писарь специально ждал его здесь, чтобы высказать свое «фи». Но теперь, получив очередную порцию информации к размышлениям, заметно растерял свой пыл. Оставив студента старательно морщить лоб, Елисей поднялся в кабинет коменданта и, поздоровавшись, выложил на стол добытые вечером бумаги и мешочек с монетами.
— А это что? — насторожился штабс-капитан, заглянув в него.
— Часть с того, что в схроне нашел, — пожал Елисей плечами.
— Взятка, что ли? — помрачнел комендант.
— Да господь с вами, ваше благородие, — рассмеялся парень. — Мне от вас ничего не нужно. За что ж тогда взятку давать? Нет. Просто знаю я, что у вас недоимки по жалованью солдатскому есть. Да и других трат много, а денег не прислали. Да и самому вам деньги теперь нужны. Сестра с детками на шее.
