— Не печаль-тесь, моя леди! Жаль, что не защи-тил вас… до кон-ца — голубые глаза Бона остановились на моём лице, его сердце прекратило бег…

Отказываясь верить в происшедшее, я задохнулась от подступивших рыданий.

— Пробивайтесь к выходу! — громкий голос Ликона разнёсся далеко окрест, прорываясь в моё сознание раскалённым железным прутом.

Закрыв глаза Бону, встала, огляделась: кто мог сражаться, продолжал биться. Только Ора замерла неподалёку и держала надо мной и раненными энергетический щит.

Лиама видно не было, в душе что-то оборвалось… Этот тронный зал вскорости мог стать нашей общей могилой.

— Я их задержу! — ещё раз крикнул Ульрих, уже не оборачиваясь на нас.

Я же видела, что нет, не сможет: Его Величество пусть и стоял, но его заметно пошатывало.

— Не надо, Одри, — Лоерея слегка коснулась моего плеча, догадавшись, что я задумала.

— Надо, Лора. Надо.

— Ты вычерпаешь себя до донышка…

Пусть так.

Глубокий вдох, медленный выдох.

Нет тревогам и плохим мыслям, только спокойствие, только цель.

Губы беззвучно зашептали:

— Voorumer ta issihid. Na soigu laerty. Duu!

Символы, нарисованные на моём теле, засияли ярче звёзд, искры побежали из моего средоточия по венам, в направлении поднятых кверху рук.

Столп света выстрелил во мрак над нашими головами и разошёлся в стороны, изгоняя тьму из залы, сжигая монстров, некогда бывшими людьми и животными. Опаляя также изрядно обессилевшего демона и даже заставив отступить Нлодэра, который замер рядом с лежащим Лиамом. Заметила и изломанную фигуру Кемпбелла, его ничего не видящий взор смотрел куда-то вдаль, в сторону Вечности…

— Уфф… — прошептала я, обрывая ворожбу, упала на колени, больно ударившись о каменные острые крошки.

 — Ора, хватай Лиама. Это приказ! И сразу же к выходу. Лора, — с трудом сфокусировалась на принцессе, — забирай осколок и тоже уходи. Дальше я сама.

* * *Яркий свет даже сквозь веки вышиб слёзы из глаз, он возник внезапно и продержался долгую минуту. А после бесследно исчез, позволив Лиаму, наконец-то, разлепить слипшиеся от крови, его крови, веки. Он с трудом повернул голову в сторону и увидел свою маленькую герцогиню. Его жена, крошечная и тоненькая, как ивовый прутик, шагала по залу, от неё в стороны расходились лучи света.

Одри сияла, как солнце, неся тепло всем, кто ещё дышал.

— Я убью его, вижу, он дорог тебе! — скрипучий голос Нлодэра резанул по ушам. — Ты не сдюжишь, маленькая магиня, — колдун каркающее расхохотался, забавляясь слабосильными потугами мелкой светлой волшебницы. — Жест отчаяния? Сдаваться ты явно не собираешься. Как глупо. Так бы умерла быстро, но, видать, тебе хочется помучиться.

Одри не ответила, она молча шагала вперёд, её губы беспрестанно двигались, девушка явно готовила какое-то убойное заклинание.