– И его страх перед врачами как-то с этим связан?
– Есть такое. Один из этих ненормальных малость грубовато с ним обошелся. Хирург. Гас постоянно предупреждает их, чтобы были с детьми поаккуратней. Он не хочет, чтобы им на самом деле причинили вред – порченый товар теряет в цене. Но это не всегда получается. Эти люди – просто чокнутые, знаете ли.
– Знаю. – Гнев и отвращение мешали смотреть на все прямо. Жутко тянуло влепить ему с ноги прямо в башку, но это было удовольствие, которого я в тот момент не мог себе позволить…
– Я не из этих, – настаивал Крюгер. Звучало это так, будто он хотел убедить прежде всего сам себя. – По-моему, это отвратительно, на самом деле отвратительно.
Я наклонился и ухватил его за горло.
– Ты во всем этом участвовал, гаденыш!
Его лицо стало пурпурным, желтоватые глаза выпучились. Я отпустил его голову, которая упала, ударившись носом в пол. Из ноздрей потекла кровь. Он заизвивался в путах.
– Не вякай на эту тему! Ну да, ты просто выполнял приказы!"
"– Вы не понимаете! – всхлипнул он. Из-за настоящих слез, смешавшихся с кровавыми усами, на мгновение показалось, что у него заячья губа. Если б не его диплом по драматическому искусству, я бы, наверное, действительно проникся. – Гас подключил меня, когда все остальные – мои так называемые друзья и родственники все до единого – устроили мне обструкцию после той истории с Сэксоном. Можете думать что хотите, но это было не убийство. Это была… трагическая случайность. Сэксон вовсе не был невинной жертвой. Он сам хотел убить меня – это правда.
– Он сейчас не в том положении, чтобы изложить свою точку зрения.
– Блин! Никто мне не верил. Кроме Гаса. Он понимал, каково это – оказаться в подобной ситуации в таком месте. Все думали, что я уже отрезанный ломоть – позор семьи и вся такая фигня. А он отнесся ко мне с уважением. И я постарался соответствовать его ожиданиям – показал все, на что способен, показал, что и без ученой степени можно обойтись. Все было безупречно, в моих руках в Ла-Каса все катилось, как…
– Из тебя вышел бы отличный нацистский штурмовик, Тим. Но в данный момент мне нужны ответы.
– Спрашивайте, – вяло произнес он.
– Давно ли «бригада» является прикрытием для педофилов?
– С самого начала.
– Точно так же, как в Мексике?
– Точно так же. Там, если его послушать, полиция про все знала. Все, что от него требовалось, – это подмазать несколько рук. Они позволяли ему привозить богатых бизнесменов из Акапулько – японцев, кучу арабов, – чтобы поиграть с детишками. Место называлась «Христианский дом отца Августина» – или как это там будет по-испански.
