Подбросить в Сеть МВД компромат на старшую Шебанкову, он у меня уже собран. Поломать рёбра следователю и прокурору, подписавшему постановление об амнистии, и отрубить палец судье, который, точнее – которая уже не первое уголовное дело спускает на тормозах, посоветовав ей уволиться из судейского корпуса.
Парамонов исподлобья глянул на Матвея:
– И ты хочешь, чтобы он сделал это один?
– Почему один? Подсоединим орлов Вениамина, я помогу.
– Стоит ли начинать эти акции сейчас, до Схода мирового UnUn?
– А когда их надо начинать? Мир не изменится, человек тоже, властные структуры тем более, и коль уж мы начали работать по-серьёзному, надо работать. Что скажешь, Никифорович?
Котов помолчал. Матвей затаил дыхание, опустив голову как провинившийся школьник. Уши горели. От слов отца зависела если не его судьба, то результат дальнейших действий, а главное – путь этих действий.
– До Схода Комитета осталось всего две с половиной недели, – задумчиво заговорил Василий Никифорович. – Если верить словам Горшина. А не верить нет причин. Чтобы подготовиться к ликвидации этой вредоносной фауны, нам надо не меньше двух недель. Три-четыре дня можно работать по нашим прежним планам. – Котов‑старший поднял голову и посмотрел на Матвея в упор. – Потянешь?
Матвей сглотнул, сделал паузу, как это делал отец, поправил ворот рубашки, стараясь выглядеть обыденно.
– Ты считаешь, у меня нет выбора?
– У нас нет выбора, – уточнил Иван Терентьевич.
– Тогда я с вами, – сказал Матвей бесстрастно.
Самандар рассмеялся, встал, тряхнул его за плечо:
– Мне нравится этот парень.
– Пока он не делает ошибок, – ворчливо отозвался Котов‑старший.
– Не ошибается только тот, кто ничего не делает, – возразил Парамонов. – Просто пусть помнит, что цена ошибки в наших делах может стоить ему жизни. Да и нам тоже.
Матвей сжал зубы:
– Если вы мне не верите…
Иван Терентьевич тоже встал, наклонился к нему:
– Если бы мы тебе не верили, этого разговора не было бы. Ты принял решение?
– Да! – выговорил Матвей занемевшими губами.
Глава 3
Чёрная метка"
"Алевтина Арнольдовна Шебанкова привыкла жить за чужой счёт с момента окончания элитной школы-гимназии № 95 в Курске. Мать Алевтины Римма Самойловна разошлась с её отцом, когда девочке исполнилось двенадцать лет, и вышла замуж за известного в городе бизнесмена Каспарова, возглавлявшего местную администрацию и устроившего туда же свою жену, ставшую сначала начальником отдела ЖКХ, а потом председателем избиркома.
В элитную гимназию Алевтину без конкурса устроил родной отец. В институт развития предпринимательства, и тоже без конкурса, – отчим.
