Он говорил о справедливости, но поступал куда более щедро. Почему? Людей можно было бы разделить и отправить по отдаленным деревням и другим поместьям.
То была еще одна черта характера мужчины, с которой ей нужно было смириться. Как может один и тот же человек быть предателем и одновременно щедрым, справедливым властителем? И как может один и тот же человек быть жестоким воином и нежным любовником?
Почему она думает о лорде Гвалчду, даже зная, что он предал валлийский народ, переметнувшись на сторону английского короля? Он стал причиной гибели Брайнмора и всего Уэльса.
Однако именно у него искала она утешения, когда оплакивала Алиенору. В его объятиях она чувствовала себя защищенной. Так не стоит ли ей…
– Нам нужно поговорить.
Тиг незаметно подошел к ней сзади. Туника, которую он не менял уже несколько дней, пропиталась потом и покрылась пятнами вездесущей сажи. Волосы были стянуты лентой, но несколько прядей выбились. Все эти дни он трудился так же напряженно, как и она. Лицо Тига выглядело усталым. Но взгляд Анвен привлекло другое – его руки. Сильные, загрубевшие от работы, они казались не способными на ласку. Но Анвен отчетливо помнила, как нежно они обнимали и ласкали ее.
Тиг не заговаривал с ней с той самой ночи в хижине, и она была очень благодарна ему за эту передышку, давшую ей возможность снова возвести вокруг себя защитный барьер.
Не дожидаясь ответа, Тиг большими шагами двинулся прочь от лагеря. Вдоль берега реки, но не вверх по холму к хижине. Анвен спросила себя, разочарована ли она этим обстоятельством? Нет. Та ночь в хижине случилась, кажется, целую вечность назад.
Оступаясь на рассыпающейся под ногами гальке, Анвен поспешила вслед за Тигом.
Отойдя на достаточное расстояние, чтобы никто не смог их подслушать, Тиг остановился. Он не представлял, как Анвен отреагирует, но, будь он на ее месте, его гнев не знал бы границ. Именно на ее гнев он и рассчитывал – иначе ему не обеспечить ее безопасность.
Тиг испытывал неуверенность, поскольку уже целую неделю не подходил к ней так близко. Несколько золотистых прядей выбилось из ее косы и теперь развевалось по ветру, делая ее похожей на ангела. Но даже ангелы могут быть мстительными, а он собирался сообщить неприятные известия.
Анвен, похоже, это почувствовала и, замерев на месте, прижала руки к груди. Открытый взгляд ее голубых глаз придал ему уверенности сказать то, что должен. И все же Тиг робел – он понимал, что его слова не будут восприняты благосклонно. Что ж, он не заслуживает ее снисхождения. Нужно просто вернуть ей долг.
– Это я виноват, – начал Тиг. – В пожаре. Я один. Думаю, он был направлен против меня. Кто-то хочет причинить вред Гвалчду. В противном случае ничего не случилось бы.
– Как? – Анвен шагнула к нему, схватила за руки.
