Я бы распрекрасным образом отдал ему бумагу и поехал бы себе дальше… да вдобавок он мне велел бы все забыть. Дешево и сердито. Зачем ему понадобилось разводить дурную театральщину с птицей и волками, лишнее время тратить? Несообразность…

– Пожалуй, – сказал Радаев после короткого молчания. – Вообще-то и такому поведению, если как следует подумать, можно отыскать убедительное объяснение, вполне логичное… Ладно. Давай на пару минуток все же допустим безудержный полет фантазии – время у нас есть. Допустим, что все так и обстоит, на мельнице – волки, оборотни и колдовские ядовитые птицы… Что мы можем предпринять при таких вводных?

– Да хотя бы обыскать мельницу, – ответил я, почти не раздумывая. – Взять взвод солдат… Все, кто говорил или писал о Садяржицах, подчеркивают: это не призраки, не потусторонняя нечисть – реальные твари. И колдуны их держат на цепях, в подвалах, при своей персоне. Чем не вещественное доказательство? Это у меня нет никаких доказательств, что на меня в лесу нападали оборотни, а такая птичка, что живая, что дохлая – доказательство убедительнейшее…

Какое-то время он размышлял, уставясь в стол. Наконец сказал:

– Вилами по воде писано. А если он птичек держит в какой-нибудь лесной хибарке, к которой и тропок нет? Леса там дремучие… А на мельнице все чисто. И главное, какие у нас основания для обыска? Мы не махновцы, для таких действий есть определенный порядок: составляются бумаги, указываются веские основания… Сам прекрасно знаешь заведенный порядок. Что мы напишем? «Поиски колдовских птиц»? И как мы будем выглядеть в глазах того же Аверьянова? Я на риск идти никогда не боялся и к разносам привык, просто-напросто терпеть не могу ситуации, когда нечего сказать начальству в свое оправдание. Придется стоять болваном, разводить руками и тупо твердить: «Так получилось…» Или у тебя есть идеи, как обыск убедительно обосновать, чтобы не выглядеть идиотами или разгильдяями?"

"– Нам мог и сигнал поступить… Арестовали же мы Барею на основании анонимки…

– Там была совершенно другая ситуация, – сказал Радаев. – Если уж речь зашла о Кольвейсе, мы обязаны были отреагировать, пусть даже на анонимку. Сейчас – другое дело. Не те основания… Предположим, мы получили сигнал, что Жебрак припрятал на мельнице оружие… Ты что-нибудь такое имел в виду?

– Да, что-нибудь вроде… Если уж нет другого выхода…

– Не пойдет, – решительно сказал Радеев. – Сигнал должен иметь имя и фамилию – как это было совеем недавно с хутором Сторбача. И человек был в наличии, и факты подтвердились, нашлось оружие… А как в этой ситуации быть? Поддельного «информатора» готовить? Или левой рукой написать анонимку на собственное имя? – Он поморщился. – Грязная работа… Никогда в жизни дел не шил.