13
0Но, как вы видите, все обошлось, и мы собираемся пить шампанское за общий успех и новые грандиозные премьеры на подмостках хаоса и неразберихи.
Генерал сел на диван, не отрывая глаз от Шевцова. Велихов подал ему бокал с шампанским.
После того как шипучий напиток был выпит, Боровский задал новый вопрос:
– Как мне теперь кажется, клад Хряща имел какое-то особое значение. Не так ли?
Велихов засмеялся. Шевцов продолжал улыбаться широкой белозубой улыбкой.
– Это очень банальная история. Из той самой серии, когда мавр делает свое дело и умирает. Идея перегона спирта из Китая принадлежала Феоктистову, очень влиятельному чиновнику в Министерстве путей сообщения.
– Его, кажется, убили в собственном подъезде? – спросил Боровский.
– Да, но гораздо позже. Год назад он предложил мне этот бизнес.
Водка – это очень высокая статья доходов. Имея дешевый спирт, можно сколотить капитал в течение считанных дней. Конечно, подготовительный период занимает немало времени, но тогда мы все организовали быстро. Я знал, что Феоктистов очень богатый человек. Он умен, хитер, расчетлив и трусоват. Ему удалось сделать большие деньги на цветных металлах, которые он переправил за кордон.
Его идея со спиртом мне понравилась. Я предложил Феоктистову взять в дело депутата Думы. Очень важная поддержка. Феоктистов сделал расчеты и представил нам смету. Три миллиона долларов с каждого пайщика. На том и порешили.
Феоктистов погнал из Китая первый эшелон со спиртом. Пришло время платить. Вот тут Дмитрий Николаевич и написал сценарий очередной драмы. Я получил в этой пьесе роль Издателя – жертвы. Шевцов оставался депутатом-бизнесменом, но коварным и жадным.
Мы подумали о том, что шесть миллионов это слишком дорого для нового дела. Мы не привыкли рисковать. Достаточно выложить одну долю на двоих.
Итак, я кладу в свой сейф три миллиона и удаляюсь со сцены. Шевцов выкладывает на стол три миллиона и Феоктистов тоже. Рулетка закрутилась. Зажглись огни рампы, спектакль начался. Главная задача – это достоверность. Феоктистов слишком умен и хитер, чтобы поставить его на роль китайского болванчика.
Хрящ обманул всех. Он ушел стороной, почуяв засаду. Но, к счастью, это не повлияло на нашу задумку. Феоктистов был у меня, видел трупы охранников и взорванный сейф. Он поверил в несчастье. Однако господин Шевцов обвинил меня в разгильдяйстве и заявил, что он выкупает мою долю, раз я остался без гроша.
Феоктистов напуган.
