— Погнали, с Богом!

Глава 3

Пока Катя не погрузила Валеру в сон, я решил ещё раз проверить фактуру мягких тканей, прощупать скулы и нижнюю челюсть, повертеть туда-сюда уголки рта и крылья носа, чтобы представлять, что нужно сделать. Валера умудрялся хихикать, не задействуя при этом мимическую мускулатуру. Евдокия Савельевна тем временем листала книгу, которую мне дал Виктор Сергеевич.

— Я думаю, что начать желательно с формы скул и нижней челюсти, — сказал Виктор Сергеевич.

— Безусловно, — кивнул я. — Потому что форма лица уже поменяется, тогда с мягкими тканями колдовать меньше придётся.

— Всё правильно, — произнёс Виктор Сергеевич и тоже принялся прощупывать скулы.

— Ребят, а можно уже наркоз дать? — пробормотал Валера. — А то вы ещё ничего особенного не делаете, а мне уже больно.

— Я больно нажал? — удивился Панкратов.

— Нет, но я представляю, как вы мне ломаете кости и становится больно, — сказал Валера. — Морально больно.

— Какая ты чувствительная натура, — хмыкнул Виктор Сергеевич. — Катенька, солнышко, отключите нашего страдальца от реальности, пусть отдохнёт и не мешает нам думать.

— Хорошо, — сказала сестрёнка и положила пальцы на виски пациента.

— Пусть тебе приснится Пальма де Майорка, — пропел я, когда веки Валеры отяжелели и начали смыкаться. Уголки его губ дрогнули в полуулыбке, значит успел услышать. Только потом до меня дошло, что песня вышла в свет через двенадцать лет после того, как Валера этот самый свет покинул. Значит он улыбнулся тому факту, что я что-то спел, а не знакомой песне.

— Ну что, Саша, начинай, — сказал Виктор Сергеевич, демонстративно сложив руки на груди.

Я кивнул и приложил сразу обе ладони к нижней челюсти Валеры.

Мне предстояло сделать челюсть визуально шире. Если её сломать в районе подбородка, раздвинуть крылья, потом перелом срастить, то получится именно то, что надо. Только тогда Валера жевать не сможет, точнее ему станет сложно это делать, так как жевательные зубы совпадать перестанут. Нужен какой-то другой выход. И я его нашёл.

Я вычитал в той книжке, что сейчас у Скобелевой в руках, что можно кость временно сделать более мягкой, повернуть в нужную сторону, а потом вернуть ей прочность и твёрдость.

Через несколько минут нижняя челюсть стала достаточно пластичной, чтобы попробовать изменить её форму. я немного отогнул углы челюсти кнаружи. Направление альвеолярных отростков, в которых фиксированы зубы, привёл в прежнее положение. Получается то, что надо. Один только минус — кость почему-то стремилась вернуться в прежнее положение.

Значит вот ты как? Ну ладно, посмотрим, кто кого. Я снова развёл углы, но теперь чуть шире, чем надо, и начал воздействовать на них с целью сделать их снова твёрдыми.