Что он имеет в виду? Самойлов знает, что я изменил супруге?
Почему-то становится неловко и неудобно перед ним. Егор кажется разумным и очень опытным человеком, в какой-то степени я чувствую сейчас себя глупо. Ксения была права, этим походом - выставил себя клоуном.
С другой стороны, теперь я знаю, что хотя бы в части командировок супруга не обманула. Становится ли мне от этого легче? Пожалуй, однако внутри зарождается червячок сомнения по поводу Сони. А что, если она все это подстроила? Обвела меня вокруг пальца, чтобы увести у сестры?
Тут же себя одергиваю, так как мысль абсурдна. София не занималась бы подобной ерундой. Да и зачем Татьяне Петровне врать? Если бы Ксюша реально ухаживала за мачехой, Игорь бы не стал покрывать ложь Тани, очерняя дочь.
- Мне нужно работать, герой-любовник, если ты все узнал, попрошу покинуть кабинет. Семейные разборки и грязное белье не для офисных будней. Своим приходом ты в очередной раз унизил супругу. Для меня, конечно, этот фарс ничего не значит, так как я отношусь к Ксении очень уважительно, но для других ее коллег – повод посудачить и обмусолить личную жизнь, которую она обычно скрывала. Благодаря твоим выкидонам сейчас все сотрудники поднимут ""скелеты"" Ксении Игоревны и понесут по кабинетам, приукрашивая и накидывая того, чего нет, - отчитывает меня словно мальчика.
- Мне все равно, - ощетиниваюсь. – Я думаю о себе и своих интересах.
- Какой молодец, настоящий мужчина! Что тут скажешь? Иди уже отсюда, обиженный мальчик, утомил, - бросает с издевкой.
- Что ты себе позволяешь? Проблем не было в жизни? – дерзко ему отвечаю.
Егор подходит к моему стулу вплотную, нагибается, смотрит в глаза суровым взглядом и чеканит:
- Я. Сказал. Пошел. Отсюда. Вон.
От слов пробегает озноб. Похоже, с виду приветливый Самойлов не такой уж и простой перец. Связываться не хочется, и я молча встаю и выхожу из кабинета.
Замечаю на ресепшене миловидную блондинку, которой с порога заявил, что Егор любовник моей жены и ее увлеченное щебетание с кучей девушек вокруг, Самойлов прав, доставка новостей началась.
- До свидания, - произношу нарочито громко.
Инна притихает и все оборачиваются. Свора сплетниц сканирует меня глазами с ног до головы и вздыхает. Под их изучающие взгляды я покидаю офис и выхожу на улицу.
По пути в автомобиль пытаюсь сообразить, что мне делать дальше. Ситуация не прояснилась, а лишь запуталась еще больше. Сейчас бы очень пригодились доказательства и фото от Сони, хочу еще раз хорошенько все перечитать и рассмотреть. Понять, с кем же Ксюша переписывалась, если не со своим боссом.
Неприятное чувство растекается по венам. Зовется оно вина.
В глубине души я начинаю сожалеть, что гонимый эмоциями, не разобравшись ни в чем, не поговорив с женой и ее боссом, сразу принялся мстить Ксюше.
