Отец рассказывал, как долго оправлялся он от такого потрясения. Прошло несколько лет, прежде чем он решился жениться снова.
Возможно, именно поэтому даже в двадцать пять лет я и слышать не хотел о выборе невесты. А может, всё объяснялось моим свободолюбивым нравом. Недостатка в женщинах у меня никогда не было. Из желающих стать фавориткой принца выстраивалась очередь. И все красотки как на подбор.
Не знаю, может быть, кто-то из них действительно любил меня по-настоящему, но это трудно было разглядеть за мишурой лживых признаний. Они одинаково охотно принимали и мои ласки, и мои подарки. Впрочем, было у них и одно неоспоримое достоинство — когда я отправлял их в отставку, они воспринимали это как должное и не устраивали истерик.
Жена — совсем другое дело.
Любил ли я когда-нибудь сам? Если только в раннем детстве. Тогда я был очарован одной из матушкиных фрейлин, и для меня тяжелым ударом было узнать, что она недостаточно знатна, чтобы я мог на ней жениться. Позднее она, уже будучи замужем, стала моей первой возлюбленной. И стала отнюдь не бескорыстно — за то, что она научит меня — тогда совсем еще юнца — премудростям плотской любви, ей было обещано весьма солидное вознаграждение. Об этом я узнал гораздо позже. С тех пор я не верил в искренность чувств.
Хотя в чём-то Робер был прав — если предсказанию суждено свершиться, то я не в состоянии этому помешать.
И потому, когда его величество объявил мне, что большой весенний бал состоится через месяц, я только молча кивнул.
— Надеюсь, ты понимаешь, что на этом балу соберутся самые знатные девушки королевства? И ты обязан будешь сделать свой выбор.
Я еще раз кивнул:
— Конечно, отец! Я выберу ту, которая, к примеру, лучше всех танцует. Или ту, у которой будет самое пышное платье. Или самые рыжие волосы. Какая разница, если нам с ней суждено провести вместе только одну ночь?
Отец не поленился встать и подойти ко мне. Во взгляде его была печаль.
— Ты не должен говорить так, сынок. А если предсказание не сбудется? Подумай об этом. Мне бы не хотелось, чтобы ты связал себя узами брака с девушкой, которая будет вызывать у тебя отвращение. Ты же видишь, сынок, что я уже не молод, и мне хотелось бы думать, что ты сделаешь предложение той, которую сможешь полюбить, и которая однажды станет достойной королевой Асландии.
Я обнял отца.
— Я всё равно не смогу найти столь же достойную, как моя мать.
Он улыбнулся в ответ:
— Но ты должен хотя бы постараться.
Глава третья, в которой появляются друзья Маргариты
Мой отец не так часто умел настоять на своем, но объяснялось это отнюдь не слабостью его характера.
