Провела плечами и отошла к двери. — Тебе же плевать? Ну, конечно!

Егор закусил верхнюю губу и задумчиво посмотрел на неё. Не совсем понимал, как вести себя. Что делать?

— Мне не плевать, — подтянул узел на полотенце, которое уже с трудом держалось на бёдрах, — я предлагаю тебе прогуляться. Но если не хочешь...

— Я поругалась с Яной.

Сказала, глядя на него исподлобья. Убеждая себя, что во всех её бедах виноват именно он. Только по его вине, она стала вести себя, как настоящая сука. Даже с близкими людьми. Это из-за него она сорвалась на подруге!

— Это проблема? — повёл бровью.

— Это ты виноват!

— Что? При чем здесь я?

Пока она лихорадочно соображала, что ему ответить, Егор незаметно приблизился. Протянул руку, запирая дверь на замок, и даже немного удивился, когда она не среагировала на это.

Кажется, у неё не было ответа.

— Заходи, не стой на пороге.

Это приглашение казалось таким обыденным. Будто такое повторяется каждый день.

Дани несмело стащила с шеи вязаный шарф, и бросила тот на полку. Искоса проследила за тем, как Гордеев поднял с пола её сумочку и повесил её в гардероб. Забрал её пальтишко и спрятал там же.

— Раздевайся, — обронил, отворачиваясь от девушки, — я пока схожу, оденусь.

...

— Я не собиралась сюда приезжать, — произнесла Даниэла шёпотом.

Обняла себя за плечи и устремила потухший взгляд в окно. Туда, где солнце окрашивало небо в цвета заката. Дни стали такими короткими.

— Но ты приехала.

Егор выставил на кухонный стол пару чашек, и встал рядом с девушкой. Ему безумно нравилось её присутствие здесь. Кажется, только этого ему и не хватало в последнее время. Чтобы вот так: Муха рядом. Спокойная и немногое растерянная. Обнимая себя, смотрит на горизонт из окна его дома. Не кричит и не бьётся в истерике...

— Это было спонтанное решение, — покачала головой, — эмоции... я никогда раньше не ругалась с Яной. Я обидела её.

— И решила обвинить в этом меня? — хмыкнул парень и, ощущая недостаток воздуха, приоткрыл окно.

— Просто... всё навалилось комом. Это накопленное. И я не смогла сдержать злость.

— На кого?

Казалось, он задавал такие правильные вопросы. Но от них внутренности сжимались до боли.

На кого?

Точно не на Яну. Она не при чём.

Тогда на него?

На себя?

Заявиться к нему: не лучшая идея.

Однако... она не жалела. Она чувствовала себя... в безопасности?

Девушка вздрогнула от подобной мысли. Слегка отшатнулась и подняла голову. Его глаза прожигали дыру. Так горячо.

— Я натворил дел, Даниэла, — хрипло. Надломленно, — Ты можешь не верить... но я бы многое отдал, чтобы не делать тебе больно.

— Я не верю, — её острый подбородок слегка задрожал. — Так быстро? Вот так? Раз, и пожалел?

Честно говоря, он пожалел уже очень давно. Только вот сил остановиться не было. А может, он их и не искал вовсе. Не было необходимости.