— Ты и швец, и жнец, и на дуде игрец… и… и… Я же вообще-то всегда была самостоятельной! А с тобой рядом словно курица беспомощная!

— Так, радость моя, во-первых, ты не курица, а ягнёночек, то есть овца, — фыркает Даня, кажется, успокоившись. — Ой!

Это я слегка дёргаю его за непослушную прядь, упавшую на лоб.

— Ладно, ладно, не овца, — смеётся он уже в голос. — А во-вторых… Любимая, дело не в том, что тебе нужна моя помощь. Ты и сама бы справилась, и очень даже неплохо. Но ведь быть «за мужем» — это как раз и означает, что тебя всегда прикроют и возьмут на себя твои проблемы. А как бы ты ни упиралась, замужем за мной ты всё равно будешь! Так что считай, я тебе авансом свои обязанности исполняю.

— Уф-ф, какой ты… — откидываюсь назад. — Даже спорить с тобой невозможно.

— Не надо со мной спорить, — кивает Даня. — Меня надо любить и соглашаться выйти за меня замуж.

Закатываю глаза и снова подползаю к нему ближе."

"— Спи, ягнёночек, — слышу на ухо. — Никуда ты от меня не денешься.

Вздыхаю довольно. Не денусь.

Следующие трое суток пролетают в работе, со сном в перерывах. У меня состыковались перенесённые дежурства, и мне ни до чего. Слава всем медицинским богам, суточные проходят без особых потрясений. Всё как всегда — бабульки с давлением, несколько лиц без определённого места жительства с «больными ногами», а на самом деле — с ворохом болячек, усугублённых постоянным приёмом «согревающего» внутрь. Пара пограничных состояний и один инфаркт… для которого пришлось вызывать МЧС, потому что больной весит больше ста пятидесяти килограммов.

Отоспавшись после второго подряд, то есть со всего лишь суточным перерывом, дежурства, я решаю поехать к Сашке. Даня предупредил меня, что будет сегодня поздно — сказал, что ему надо встретиться с одним знакомым. Дома мне без него тоскливо, поэтому быстро собираюсь, звоню подруге и еду к ней.

— Ох, Гань, мороки с этой свадьбой! — Сашкина квартира завалена какими-то проспектами, каталогами и прочей белибердой, сама она выглядит немного встрёпанной. — Я уже даже думаю, может, ну её? Сходим в ЗАГС, распишемся, потом посидим где-нибудь только с самыми близкими… Как думаешь?

— Сашуль, это твоя свадьба, — смотрю на подругу с улыбкой. — Ты имеешь право праздновать её так, как тебе хочется!

— Владикова мама говорит, как же так, без торжества, — Сашка морщится. — Надо же пригласить всех родственников, даже тех, кого я в первый и последний раз на той свадьбе и увижу.

— А Влад твой что говорит? — спрашиваю у неё.

— То же, что и ты, — она невольно улыбается.

— Вот и решите с ним вместе, что хотите скромную церемонию, и вместе же об этом будущей свекрови объявите, — пожимаю плечами. — Даже лучше пусть он сам скажет. Чтоб не нагнетать.