Я дотянулся до компьютера, набрал первую строку:
«Говорят, красное вино убивает радионуклиды. Страшной показалась прошедшая ночь моим радионуклидам».
В прихожей зашуршало. Кто-то нехороший ковырял замок. Было слышно: открылась входная дверь, хлопнула, закрылась. Повернулась защелка. Незнакомец вошел и топчется. В прихожей загорелся свет. Шерсть на моем теле встала дыбом, в глазах поплыли круги, в ушах зашумело, — все говорило о скорой драке. Возможно даже, предстоит фехтовать какими-нибудь железными предметами. Видимо, бандиты узнали, что дом пуст, и пришли спереть забытые ценности.
Стараясь не выдать себя ни скрипом, ни шорохом, я опустил бокал, перехватил кочергу на манер двуручного меча и тихо двинулся в прихожую. Выглянул в щель между дверью и косяком — женщина стоит. Одна. Некрупная. Лет двадцати семи. Не очень опасная внешне. Спиной ко мне, лицом к пустому шкафу. Даже по позвоночнику было видно, как она озадачена. Сняла уже сапоги и джинсы.
Она явно не верила глазам. Короб поражал ее своим внутренним простором. Я тщательно все из него убрал. Теперь нужно было объясняться. Я сделал шаг вперед и сказал «здрасте», негромко. Гостья обернулась, подпрыгнула, вскрикнула по-птичьи и прикрыла рот руками. На меня никто еще не смотрел с таким ужасом. Кажется.
— Не надо кричать… — сказал я и поднял примирительно кочергу.
Она кинулась к двери.
— Послушайте, вы от смеха упадете, когда я вам все объясню!
Женщина не прельстилась моим юмором. Она вообще меня не слышала, неслась быстрей звука.
Я вселился не в тот дом. Зря полы мыл. Походил по улице, почесал кочергой спину. Весь ее прекрасный гардероб сейчас трясется в мусорной машине.
Я вернулся, скрутил провода компьютера, сложил сумку и выскочил во двор. И остановился. Мне навстречу, рассыпая синие молнии, выехал воронок.





