Щелкнул пальцами, как будто выбрасывая в камин искру, и — ничего не произошло. Он повторил это еще и еще, а потом белое лицо короля стало серым.
— Велю повитухе топить получше, — сказал он.
Мне хватило ума отвести глаза и сделать вид, что я ничего не заметила. В затуманенной от некстати нахлынувшей слабости голове лихорадочно крутились шестеренки.
То есть, тогда, в саду, это была не случайность: драконья магия отказывается повиноваться его величеству. В городе несколько месяцев назад все было в порядке, значит, с тех пор что-то произошло. Это первое. А второе — то, что он сделал в зале суда с Сорином, было ведовством. Тем самым, запрещенным. Должно быть, это выглядело как-то безобидно, иначе придворные наверняка бы отреагировали. Моя повитуха, например, боялась ведовства как огня, она бы точно заорала."
"— Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю, — холодно сказал король и, когда я подняла на него взгляд, вздохнул, потер рукой лоб. — Как ты себя чувствуешь?
Голос его снова зазвучал мягко. От перепадов настроения короля мне хотелось сбежать куда-нибудь подальше. Ненавижу иметь дело с тем, чего не понимаю и что не могу предсказать! А король, однозначно, относился к этой категории явлений.
— Нормально, — настороженно ответила я.
— Хорошо, — ответил он и откинулся на спинку кресла. — Душно, — пожаловался он и потянул расшитый серебром воротник камзола в сторону.
— Открыть окно? — предложила я.
Температура в комнате была совершенно обычной и самой что ни на есть комфортной.
— Не нужно, ты не должна простудиться. — Взгляд его величества опустился на мой живот, и я с трудом преодолела желание закрыть ребенка руками. — Как это ощущается?
— Что?
— Носить ребенка.
Я моргнула от внезапного перевода темы.
— Обычно, — соврала я, а потом решила ответить честно: — Странно. Я всю жизнь этого хотела. В смысле, иметь ребенка, а не быть беременной. Но сейчас все так сложно… Это ощущается… Как живая рыбка внутри, наверное. Довольно крупная рыбка. Такая, которая иногда меня пинает или устраивает фейерверки, если я проголодалась.
В голове пронеслись картинки из навеянных пламенником видений, где у меня из рук выхватывают ребенка. Я сглотнула.
— В зале суда по твоим пальцам пробегали огненные искры. Это от голода? Позвать служанку?
Король поднял два пальца вверх — так делал Сорин, чтобы отправить на кухню огонек-послание — и опустил. Сжал руку в кулак. Ну конечно, если драконья магия ему недоступна, то недоступен даже такой традиционный способ общения.
Магией в жизни драконов было пропитано абсолютно все, от каминов и фасадов до порталов и писем.
