В такую жарищу твоя рубашка застегнута на все пуговицы, а ты уже два часа как не в офисе! Где кольца-серьги-брошки, которые ты так любила? Да ты обернись!

Я демонстративно оглядываю зал, готовая аргументировано доказать, что выгляжу не хуже других девушек в кафе. Но неожиданно для себя залипаю глазами каждой. Почти все моего возраста, и, судя по одежде, многие из них тоже после работы, но … Если сравнивать меня с ними, то подруга права. Я выгляжу так, как большинство людей представляет себе канцелярских крыс.

— Я бы сказала, что тебе нужна скорая психологическая помощь, — подводит Маринка итог.

— Спешу напомнить, ты бросила психфак и поэтому у тебя недостаточно квалификации, чтобы делать какие-то выводы, — иронизирую я. — Помнится, ты перевелась на «дизайн», именно разочаровавшись в психологии. Твои взгляды опять изменились?

— Да не в психологии я разочаровалась, а в том, чему и как нас учили, — отмахивается она. — Вот скажи, ты хоть понимаешь, что с тобой что-то не так?

— Да нормально со мной все, просто повзрослела, — я уже начинаю злиться.

— Тряпки — не причина, они — следствие. У тебя глаза не горят.

И выглядишь как моль бледная. На мужиков не смотришь. Расскажи-ка, что случилось с тем красавчиком-коллегой, который ухлестывал за тобой, когда ты только устроилась там работать? — продолжает пытать меня Марина.

— Ты про Сергея? Да ничего не случилось, — пожимаю плечами я. — Как-то все само сошло на нет.

— Ну да, ну да, — хмурится подруга. — Просто. Само собой. Ну конечно. Небось после нескольких свиданок перестал звонить.

Я не спешу отвечать.

Марина всколыхивает во мне не самые приятные воспоминания. Казалось, я уже давно забыла про Сергея.

Никаких особенных чувств при встречах он больше не вызывает. Но, видимо, какая-то иррациональная обида все же осталась. Я тогда так и не поняла, почему Сергей вдруг стал остывать ко мне, а потом и вовсе потерял интерес. Не было никаких конфликтов, выяснения отношений, непониманий. Просто звонки становились все реже. А в последних сообщениях, он уже не предлагал встретиться.

— Вот скажи мне: это то чего ты хочешь? Вот этот костюм? Одинокие ночи в холодной постели? Когда у тебя в последний раз был горячий секс? Как давно к тебе вообще подкатывал мужик?"

"— Не понимаю, чем плох мой костюм, — огрызаюсь я, задетая за живое.

 — Вон видишь брюнетку, она почти в таком же, и тоже застегнута на все пуговицы.

— Но она в нем выглядит как женщина. А ты в своем — как серая мышь. Я не уверена, что это то, к чему ты стремилась.

— Да что ты говоришь? И что бы ты мне посоветовала?

Маринка, знающая меня добрый десяток лет, просто игнорирует мой сарказм.

— Начать с себя. Вот что у тебя под этим костюмом? — она сверлит меня глазами.