Этой команде была поставлена отдельная караулка.
По требованию Кузьмы в сарай рядом с конюшней завезли десять пудов овса, и на этом Руслан посчитал, что с начальным этапом переезда закончено. Но как оказалось, рано обрадовался. Уже на следующий день старик приехал к нему на городское подворье на молодой, горячей кобыле-трехлетке и, едва соскочив на землю, спросил:
– Княже, тебе толковый кузнец нужен?
– Это ты про друга своего? – сообразил Шатун.
– Про него, – не смущаясь, кивнул казак. – Он свою кузню сынам отдать хочет, а без дела сидеть не привык. Вот я с ним и сговорился, что он к тебе в имение переедет. Будем с ним за табуном твоим вместе смотреть.
– А денег он сколько за работу хочет? – сделал вид, что задумался, Руслан.
– Княже, соглашайся, – дернул его за рукав хорунжий. – Лучшего коваля, что коней подковывает, во всей округе не найдешь. Это я уж не знаю, чего там такого случилось, что Ульян решил к кому-то в услужение пойти.
– Как же, в услужение, – проворчал Шатун в ответ. – Эти старики-разбойники еще и из меня веревки вить начнут. Ладно, дядька Кузьма. Возьму друга твоего. И жалованья ему положу столько же, сколько тебе. Годится?
– Благодарствую, княже, – неожиданно поклонился казак. – Не пожалеешь.
– Выходит, уговор? – протянул Шатун руку.
– Уговор, княже, – хлопнул лошадник по его руке сухой, заскорузлой ладонью. – Не изволь беспокоиться. Все честь по чести будет. Слово даю.
– Добре. Ты вот что скажи. Ему для работы нужно чего? А то ведь, раз кузню сынам отдал, то и инструмент ему всякий нужен на новом месте.
– Ну, кое-что он с собой привез, а там, глядишь, и прикупим, чего сильно надо будет, – заметно смутившись, вздохнул Кузьма.
– Так не годится, – качнул Шатун головой. – Вот, держи, – достал он из кармана пачку ассигнаций. – Там на подворье дроги стоят. Берите любые. Кони у вас имеются. Езжайте на базар, да купите все, что для работы потребно. И денег не жалейте. Надо будет, еще дам, – закончил Руслан, сообразив, что инструмент потребуется не только для перековки коней его и всего отряда, он и для изготовления некоторых его личных задумок.
– Правду про тебя баяли, – удивленно покачал головой старый лошадник, аккуратно пряча деньги за пазуху. – Благодарствую, княже. Будет тебе добрая служба. Вот те крест. – Широко перекрестившись, Кузьма вскочил на свою кобылу и, развернув ее на одном копыте, с ходу пустил в галоп.
– От ведь бес старый, – восхищенно проворчал хорунжий, глядя ему вслед. – Словно прилип к кобыле своей. В седле сидит, не качнется.
– Да уж, опыт, его не пропьешь, – понимающе хмыкнул Шатун, про себя закончив: «Хотя попытки были».
– Эх, княже. Мальчишек бы наших к нему в науку, – мечтательно протянул казак. – Он же не только ходить за конями умеет.
