Если, конечно, был достаточно трезв, чтобы вообще вести беседу.

Римо понял, о ком говорит Смит, уронил вилку в пюре и выпалил:

– Я помню каждое его слово, но этого не было.

– Как хотите, – сказал Смит, вгрызаясь в желтую массу сэндвича.

Римо откинулся на спинку кресла.

– Мне наплевать, верите вы или нет! Я точно знаю, что у меня в душе живет поэтический дар.

Понимаете? Вам знакомы такие вещи, как сердце, чувствительность, люди, человеческие существа?

Аппетит пропал. За окном в долине Майами светились огоньки проезжающих автомобилей и далеких домов.

– Хорошо. Я верю, что вы сами это придумали. Все возможно. Заканчивайте ваш ужин, Римо. Мы за него платим, в конце концов.

Римо продолжал смотреть в темноту, ожидая, что его снова посетит вдохновение. Тогда он докажет Смиту. Но вдохновение не приходило."